Вполне возможно, что оплатить счёт за эту грандиозную финансовую игру придётся простым пользователям, местным властям и работникам.
Вполне возможно, что оплатить счёт за эту грандиозную финансовую игру придётся простым пользователям, местным властям и работникам.

Монопольная сделка грозит Франции проблемами с водой. Частная компания Veolia, с привлечением средств инвестиционного фонда Meridiam, собирается произвести поглощение принадлежащей государству компании Suez, занимающейся водоснабжением и уборкой мусора.

Сейчас цены на воду даже в рамках одного региона могут разниться в два раза в зависимости от того, кто обеспечивает её поставку в краны: частная компания берёт гораздо дороже, чем государственная. Это одна из причин, по которой муниципалитеты всё чаще стремятся заниматься водоснабжением самостоятельно, а не отдавать его на откуп частнику. Монополизация отрасли угрожает взвинтить цены на эту жизненноважную услугу. Кроме того, другим следствием слияния может стать потеря тысяч или даже десятков тысяч рабочих мест.

Вполне возможно, что оплатить счёт за эту грандиозную финансовую игру придётся простым пользователям, местным властям и работникам.

Компания Engie намерена отказаться от принадлежащих ей 29,9 % акций Suez. При этом поступило предложение от компании Veolia, которая готова выложить 2,9 миллиарда евро за покупку своего давнего конкурента. Это деликатное дело постепенно превращается в сагу. Руководство Veolia дорабатывает предложение для Engie, а тем временем компания Suez, которая противится слиянию, пытается уберечь от него это подразделение, специализирующееся на водоснабжении. Suez передала его под контроль некоего голландского фонда, тем самым сделав недоступным для продажи. «Надо обладать недюжинной смелостью, чтобы ручаться за исход дела», – с иронией говорит Венсан Ювлен, координатор профсоюза ВКТ в компании Veolia. И он прав. Государство, которому принадлежит 23,6 % акций Engie, должно принимать участие в обсуждении окончательного решения. Но если Жан Кастекс скорее одобряет сближение Veolia и Suez, считая, что «эта операция не лишена смысла», то министр экономики в его правительстве высказывается более сдержанно. «Я считаю, что не нужно спешить, – заявил Брюно Ле Мэр во вторник. – Государство не станет поддаваться никакому давлению. У нас в распоряжении есть не неделя, не две и не три».

Эта трёхсторонняя операция сугубо капиталистического характера чревата вполне реальными социальными, экономическими последствиями и даже может навредить демократическим устоям.

1. Цены на воду взлетят.

Генеральный директор Veolia Антуан Фреро официальным тоном заявляет, что публичное предложение о покупке акций, выдвинутое компанией в отношении её исторического конкурента Suez, не обернётся повышением тарифов на воду для пользователей. Антуан Фреро, который собирается передать водное хозяйство Suez во Франции фонду Meridiam, заверяет нас, что этот «партнёр стремится к тому, чтобы французы не платили за воду больше, чем раньше». Звучит очень сомнительно… «Все утверждения Антуана Фреро лживы», – резко возражает Жоэль Жоссо, секретарь Ассоциации водоснабжения Иль-де-Франс, в которую входят органы местного самоуправления, представители власти, учёные и общественные объединения. Он критикует «крупную сделку монопольного характера, заключаемую в ущерб интересам потребителей, властей и работников». По его мнению, одним из доказательств этого можно считать вовлечение Meridiam в схему, разработанную компанией Veolia: «Если инвестиционный фонд проявляет интерес к операции такого рода, значит, она сулит ему прибыль». Об опасности резкого роста цен свидетельствуют результаты исследования, опубликованные в мае 2018 года ассоциацией UFC-Que choisir. Эксперты изучили, каким образом тарифы на водоснабжение зависят от способа управления (муниципального или частного), и обнаружили «очень существенные расхождения между отдельными коммунами». В одном только регионе Прованс-Альпы-Лазурный берег расценки различаются чуть ли не в два раза: например, в Обане, где водоснабжением занимается муниципалитет, один кубометр воды стоит 1,97 евро, а в Марселе, где эти полномочия делегированы компании Veolia, – 3,71 евро. «Государственное предприятие заботится о покрытии своих расходов на обслуживание сетей и окупаемости инвестиций, тогда как частный оператор стремится извлекать прибыль и выплачивать дивиденды своим акционерам. Ему нужна более солидная маржа», – пояснила Элизабет Шене, принимавшая участие в исследовании.

«Представьте, что получится в результате слияния Veolia и Suez… Образовавшаяся структура приобретёт ещё больший вес и сможет диктовать свои тарифы, – говорит Жереми Шомет, директор Danielle-Mitterrand-France Libertes Foundation (Фонд Даниэль Миттеран-Франс-Либерте). – При передаче водоснабжения в частные руки тарифы возрастают, а забота о самых уязвимых категориях населения отходит на второй план. Иногда финансовые интересы крупных компаний превалируют над законом. Так, несмотря на запрет, установленный в 2013 году, Veolia до 2018 года отключала подачу воды неплательщикам». Возглавляемая им организация выступает за введение общих социальных тарифов. «Частные операторы уже сейчас предлагают дифференцированные тарифы, но при этом добиваются необходимой им рентабельности за счёт получения больших прибылей от верхнего сегмента своей клиентуры, а к нему принадлежат не только самые богатые люди», – продолжает Жереми Шомет. «Когда частные операторы ощущают на себе давление в виде готовности пользователей перейти под управление государственных организаций, они снижают тарифы, компенсируя упущенную выгоду уменьшением инвестиций в обслуживание сетей или сокращения персонала», – добавляет Жоэль Жоссо.

2. Органам местного самоуправления не останется выбора.

Столкнувшись с планами компании Veolia, которые, кстати, так и не обсуждались в парламенте, как недавно заметил генеральный секретарь ФКП и депутат от департамента Нор Фабьен Руссель, местные выборные представители всех мастей заговорили об этом. В открытом письме, опубликованном в издании Le Point, они выразили обеспокоенность в связи с тем, что впервые может возникнуть ситуация, когда «государственный оператор коммунального водоснабжения (…) управляется инвестиционным фондом, и нет никаких гарантий, что последний имеет хоть какое-то представление о том, как работает данная государственная служба». А также осудили предложение о покупке акций, которое препятствует «честной конкурентной борьбе», а ведь именно в ней рождаются «самые инновационные решения».

«Создание единого частного холдинга может сделать органы местного самоуправления заложниками этого гиганта, который будет определять развитие отрасли в целом», – с тревогой говорит Янник Надсан. Депутат-коммунист, заместитель мэра города Ренни и вице-президент Ассоциации водоснабжения этого региона, он в 2015 году был инициатором перехода к прямому управлению водными ресурсами непосредственно местным органом власти в лице специального государственного предприятия местного подчинения (SPL). По его словам, государственный контроль позволит «более эффективно управлять ресурсами и сформировать отлаженную экономическую систему, при которой примерно 3 миллиона евро в год, получаемые SPL, будут оставаться в регионе». Он также считает, что появление государственного оператора разрушило систему «псевдоконкуренции», созданную частными компаниями, которые «охотно договаривались друг с другом о тарифах». В этих условиях, представить себе, что Veolia поглотит Suez, было бы равносильно окончательному устранению конкуренции между частными операторами, а ведь в этой сфере она и без того невелика. «Местные выборные должностные лица, не ожидавшие перехода к государственному управлению, на подготовку которого уходит от трёх до четырёх лет, окажутся в тупике», – полагает Янник Надсан.

Тенденция налицо: и в мегаполисах, и в сельской местности набирает обороты стремление вернуть систему водоснабжения под контроль муниципалитетов. «В начале 2000-х годов государственные операторы обслуживали 28 % населения Франции, а сейчас эта цифра выросла до 40 %», – сообщает Режи Тен, представитель Национальной федерации лицензирующих органов и регионов (FNCCR). «Раньше крупные компании предлагали готовые решения мэрам, которые нередко опасались брать на себя управление», – отмечает Жереми Шомет. – Но сейчас многие населённые пункты предпочитают контролировать эту сферу сами, и стало очевидно, что это правильно».

Преимущества государственного управления проявляются не сразу. «Непосредственное управление и делегирование полномочий – это два совершенно разных подхода. Когда дело доходит до инвестирования в инфраструктуру водоснабжения, чтобы избежать чрезмерного хлорирования воды и сохранить ресурс, частная компания, заключившая договор на восемь или десять лет, не заинтересована во вложениях, которые окупятся через двадцать четыре года», – считает Жоэль Жоссо. Секретарь Ассоциации водоснабжения Иль-де-Франс мыслит и более широкими категориями. По его мнению, управление водными ресурсами вообще не должно входить в сферу компетенции какого бы то ни было учреждения: «Это наше общее достояние, к нему неприменима логика рыночных отношений, и нужно запретить делать на нём деньги».

3. Массовые сокращения.

«Все прекрасно знают, как отражаются на занятости подобные капиталистические операции», – возмущается Вилем Гетт, координатор ВКТ в компании Suez (30 000 работников во Франции). Профсоюзный активист прогнозирует сокращение 2 000–2 500 рабочих мест, которые будут «дублировать друг друга» во «вспомогательных, административных, кадровых подразделениях, в отделах закупок и работы с клиентами и т. п». Но дело не только в этом. «Сокращения могут коснуться и эксплуатационных служб, что приведёт к тяжёлым социальным последствиям, в первую очередь в тех случаях, когда объекты Veolia и Suez находятся близко друг к другу». Его опасения разделяют в профсоюзном объединении, в которое входят ВКТ, Рабочая сила, профсоюз административных работников CFE-CGC, ФКХТ, ФДКТ. С ним согласно даже руководство Suez, по мнению которого предполагаемое слияние компаний угрожает 10 000 рабочих мест, половина из которых находится во Франции.

Обеспокоенные работники Suez готовы побороться за независимость своей компании. Нам удалось поговорить с одной из сотрудниц по имени Аннабель. Эта женщина, работающая в отделе по строительству очистных сооружений, опасается, что её подразделение просто-напросто перестанет существовать: «Veolia прекратила работу в этом направлении несколько лет тому назад, и я не думаю, что она внезапно решит возобновить её». Координатор ВКТ в компании Veolia Венсан Ювлен настроен более оптимистично. Он признаёт, что около 300 рабочих мест действительно могут дублировать друг друга в офисах обеих компаний, в одном из которых трудятся 800 человек (Veolia), а в другом – 750 человек (Suez): «Мы потребовали обеспечить этим людям профессиональную переподготовку». Антуан Фреро обещал помочь: «Это будет совсем несложно сделать в отрасли, где предполагаемое слияние затронет 200 000 работников». «В этом бизнесе нет плохих и хороших хозяев. Капиталист всегда остаётся капиталистом, а дня нас самое главное – добиться единого статуса для всех работников службы водоснабжения и канализации», – уверяет Венсан Ювлен. Он убеждён, что «только так можно постоять за себя в случае смены акционеров, руководства или потери определённой доли рынка».

Опубликовано 30/09/2020

На ту же тему

Иностранная пресса о Франции
Хейтерство в сети: нужны ли репрессивные меры?
Дело Мишеля Зеклера: прокуратура требует ареста виновников
Хорошо ли работать в Amazon?