Четыре урока государственного переворота впустую

После военного переворота, в результате которого избранный президент Ибрагим Бубакар Кейта был отстранён от власти, Мали оказалась в большей изоляции, чем когда-либо. И по-прежнему под французской оккупацией.
После военного переворота, в результате которого избранный президент Ибрагим Бубакар Кейта был отстранён от власти, Мали оказалась в большей изоляции, чем когда-либо. И по-прежнему под французской оккупацией.

На примере путча в Мали, как на ладони, видны всевозможные нюансы иностранного вмешательства в дела другого государства. С одной стороны, пассивная позиция Франции в события может объясняться скандалом, когда представители французского МИДа назвали ИБК предателем за его участие в Российско-африканском саммите в Сочи в 2019 г. С другой – вот уже несколько лет в стране не утихают протесты с требованиями прекратить операцию “Бархан”. Франция не только не вмешалась, но ещё и выступила с осуждением переворота, только получив реакцию США. В соседних странах также содрогнулись от событий в Мали. Ведь ставленник французский военных, президент Кот д’Ивуар Алассан Уаттра, тоже столкнулся с протестующими, не желающими третьего срока его президентства.  

После военного переворота, в результате которого избранный президент Ибрагим Бубакар Кейта был отстранён от власти, Мали оказалась в большей изоляции, чем когда-либо. И по-прежнему под французской оккупацией.

1. Почему пострадало малийское правительство?

В отличие от военного путча 2012 года, осуществлённого капитаном Саного и ошеломившего не только население Мали, но и все соседние страны, произошедший во вторник новый переворот протекал в относительном затишье, которое было нарушено только в первый вечер выстрелами из тяжёлого оружия, звучавшими в районе президентского дворца. По официальной информации, убитых нет, а народ радостно приветствовал колонны путчистов, свергнувших демократически избранное правительство Ибрагима Бубакара Кейта (ИБК). Организаторы переворота объявили об учреждении Национального комитета спасения народа (CNSP) и быстрой организации свободных и прозрачных выборов, которые позволят вернуть конституционный порядок. На самом деле участники переворота сделали именно то, что хотела смешанная оппозиционная коалиция «Движение 5 июня-Объединение патриотических сил Мали» (M5-RFP), – свержение правительства и/или президента.

После состоявшихся прошлой весной парламентских выборов, результаты которых упорно оспаривались, малийское правительство столкнулось с беспрецедентным политическим ударом, усугублённым социальным и санитарным кризисом, вызванным эпидемией Covid-19, и протекавшим на фоне войны с джихадистскими группировками и глубокого недовольства среди малийских военнослужащих. «Мы решили выполнить наш долг перед народом и историей. Наша страна, Мали, с каждым днём всё больше погружалась в хаос, анархию и нестабильность по вине тех, на кого возложена ответственность за её будущее», – объявил полковник Исмаэль Ваге, заместитель главнокомандующего военно-воздушными силами, избранный представитель мятежников.

2. Причины невмешательства Франции.

Французская дипломатия, как и французская армия, которая является основной оккупационной силой в Мали, где она проводит операцию «Бархан» и должна, как считается, бороться с джихадистскими группировками в Сахеле, всё это время занимали на удивление пассивную позицию. Например, министр иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан терпеливо ждал реакции США, и особенно Экономического сообщества западноафриканских государств (ЭКОВАС), прежде чем осудить «самым решительным образом это опасное событие» и подтвердить «полную поддержку суверенитета и демократии Мали». Прекрасно осознавая политическую, военную и социальную ситуацию в Бамако, Париж, как это ни парадоксально, располагал на удивление небольшим пространством для манёвра. Уже несколько месяцев здесь проходят антифранцузские манифестации, раздутые местными дискредитированными политиками. Протестующие требуют убрать военнослужащих-участников операции «Бархан», обвиняя их в в военной оккупации страны, неспособности восстановить порядок и безопасность и даже в сговоре с многочисленными вооружёнными группировками, из-за которых ситуация в Сахеле с каждым днём всё больше ухудшается.

3. Непослушание ИБК и Мали.

Однако в последние недели гнев манифестантов был направлен против малийского президента и его правительства, которых обвиняли в коррупции и непотизме (малийцы подозревают, что ИБК готовит сына себе в приемники). Некоторые марши протеста разгонялись с применением насилия, а собирались на них главным образом сторонники «народного имама» Махмуда Дико, бывшего союзника ИБК, перешедшего в оппозицию и не слишком убедительно заверяющего, что у него нет никаких политических амбиций. ИБК, которого Париж считает слабым лидером, получил лишь минимальную поддержку от бывшей колониальной державы, которая решила, что такой «союзник» недостаточно податлив, даже непослушен. После того как ИБК принял участие в Российско-Африканском саммите, организованным Владимиром Путиным и проходившем в октябре 2019 года в Сочи, на который, между прочим, приехало большинство африканских государственных лидеров (не зависимо от того, какие отношения складываются у их стран с Францией), ответственных малийских политиков вызвали в французское посольство в Бамако и обвинили в предательстве…

4. Этот путч выявил нестабильность соседних стран.

В ожидании разъяснения требований и намерений путчистов Бамако, затягивается петля вокруг Мали, этой страны, по площади в два раза больше Франции, и в которой целые регионы выходят из-под контроля государственной власти. И Европейский союз, и Африканский союз осудили переворот и потребовали «немедленного освобождения» президента ИБК и его министров, а ЭКОВАС объявило о «закрытии воздушных границ и прекращении всех экономических, торговых и финансовых операций между странами-членами сообщества и Мали». Легко понять причины такого давления, оценивать которое следует с учётом политической напряжённости, беспокоящей соседние страны (Гвинея, Буркина Фасо, Кот-д’Ивуар, Нигер), в которых с приближением выборов и связанных с ними рисков начались острые внутренние разногласия. Например, в Кот-д’Ивуаре, где правит президент Алассан Уаттра, пришедший к власти военным путём при поддержке Франции, прошли жёсткие манифестации против выдвижения его кандидатуры на третий срок и участия в президентских выборах, намеченных на 31 октября 2020 года.

Опубликовано 20/08/2020

На ту же тему

Закон о сепаратизме: регулирование повседневной жизни общества...
«Жёлтые жилеты» и полицейское насилие: судебный процесс
Вторая волна Covid-19: два возможных сценария
Брексит и мир в Ирландии