На фоне коронавируса забывают о других смертельных болезнях

Внимание к пандемии Covid-19 отодвинуло на второй план борьбу с инфекционными и паразитарными заболеваниями, от которых страдает малообеспеченное население, нередко лишённое социальных гарантий и качественного медицинского обслуживания.
Внимание к пандемии Covid-19 отодвинуло на второй план борьбу с инфекционными и паразитарными заболеваниями, от которых страдает малообеспеченное население, нередко лишённое социальных гарантий и качественного медицинского обслуживания.

С начала века продолжительность жизни в самых бедных странах выросла более чем на 20%. В первую очередь это связано с развитием медицины. Пандемия грозит обнулить эти достижения. Коронавирус страшен не столько своими прямыми последствиями, сколько перегрузкой, парализующий всю систему здравоохранения. По оценкам ЮНИСЕФ и института Джона Хопкинса, в ближайшие полгода 6000 детей ежедневно могут умирать от отсутствия медикаментов и продовольствия.

В первую очередь это касается стран глобального Юга. Прогнозы говорят о резком росте смертности от болезней, лекарство от большинства из которых либо уже есть, либо может быть разработано при значительно меньших инвестициях, чем те, которые уже брошены на разработку вакцины от Covid-19. Однако возбудители этих болезней не переносят умеренный климат, не угрожают жителям Европы и Северной Америки (либо угрожают лишь самым бедным, как туберкулёз), а значит, жизнями их жертв капитал готов и дальше пренебрегать.

Внимание к пандемии Covid-19 отодвинуло на второй план борьбу с инфекционными и паразитарными заболеваниями, от которых страдает малообеспеченное население, нередко лишённое социальных гарантий и качественного медицинского обслуживания.

По данным официальной мировой статистики, ежегодно публикуемой ВОЗ, в XXI веке улучшились показатели состояния здоровья и условий жизни человечества в целом. Даже в самых бедных странах за период с 2000 по 2016 годы продолжительность жизни увеличилась на 21 % (в среднем на одиннадцать лет). Это является результатом большей доступности средств для профилактики и лечения таких заболеваний, как ВИЧ, малярия, туберкулёз, а также ряда тропических болезней, которым не принято придавать большого значения (например, дракункулёз). Нельзя не отметить и повышение уровня медицинского обслуживания матерей и детей, что позволило наполовину снизить детскую смертность за период с 2000 по 2018 годы. Однако эти достижения очень хрупки и пандемия коронавируса, которая привлекает к себе всеобщее внимание и становится причиной кризисов, способна свести на нет усилия по борьбе с инфекционными и паразитарными болезнями, которые по-прежнему сеют смерть в южных странах.

А между тем количество косвенных жертв нового коронавируса может превысить численность тех, кто непосредственно пострадал от него. На прошлой неделе об этом с тревогой заговорили эксперты ЮНИСЕФ, сообщив, что в ближайшие полгода 6 000 детей могут ежедневно погибать от отсутствия медицинской помощи, профилактики, вакцин, продовольствия. В своих оценках эта организация, работающая под эгидой ООН, опирается на самый пессимистичный прогноз, подготовленный специалистами университета Джона Хопкинса (США), согласно которому 1,2 миллиона детей в возрасте до 5 лет в 118 странах мира рискуют умереть из-за того, что все усилия санитарных служб направлены сегодня на борьбу с распространением коронавируса. Если этот прогноз воплотится в реальность, он сделает ещё более мрачной нынешнюю картину, ведь каждые полгода в развивающихся странах умирает 2,5 миллиона детей этого возраста. Из-за отсутствия медицинской помощи до и после родов могут погибнуть ещё 56 700 женщин, в дополнение к тем 144 000, которые уже умирают сегодня в подобных обстоятельствах. «Всё это грозит свести на нет десятилетия успешного снижения смертности среди рожениц и детей», – предупреждает глава ЮНИСЕФ Анриетта Фор. Особенно тяжёлыми последствия этой ситуации могут оказаться для Южной Азии: в этом регионе сложилось положение более тревожное, чем в Африке и Южной Америке. Наибольшие опасения связаны с такими странами как Бангладеш, Индия, Бразилия, Демократическая Республика Конго и Эфиопия.

Приостановка прививочной кампании заставляет опасаться очередного скачка в распространении инфекционных заболеваний. В середине апреля свыше 117 миллионов детей в 37 странах мира не получили прививку от кори, которая в 2018 году унесла жизни 140 000 человек, большинство из которых были дети до 5 лет. Не меньшая обеспокоенность связана и с туберкулёзом: каждый год в мире фиксируется 10 миллионов случаев заражения. 1,5 миллиона человек умирает от этой болезни, несмотря на давно существующие лекарства. Проблема состоит в том, что единственная доступная вакцина эффективна лишь при условии её введения в раннем возрасте, а разработка новых вакцин от этой болезни, поражающей главным образом малоимущее население, не входит в круг интересов фармацевтических компаний. А между тем создание универсальной эффективной вакцины обошлось бы приблизительно в 500 миллионов долларов – не такая большая сумма по сравнению с теми астрономическими средствами, которые вкладываются сегодня в разработку вакцины от SARS-CoV-2. «Остаётся только удивляться тому, что от болезни, которая появилась всего 120 дней тому назад, сейчас создаётся около сотни вакцин. Это в голове не укладывается. Зато, например, туберкулёз редко затрагивает тех, кто на виду. Это болезнь ослабленных, бедных людей», – с сожалением отмечает Люсика Дитью, активистка объединения Stop TB.

То же самое относится ко многим тропическим болезням, которые наука обходит своим вниманием. Возьмём, например, малярию. В 2018 году с этим заболеванием столкнулись 228 миллионов человек, свыше 400 000 умерли, 67 % из них – дети. Малярия угрожает 40 % населения Земли, но на сегодняшний день прививки от неё не существует, и, что особенно тревожно, за много лет у паразитов сформировалась устойчивость к противомалярийным препаратам, а переносчики заразы – комары-анофелесы – адаптировались к инсектицидам. Пандемия коронавируса не только затрудняет доступ к получению лекарств от малярии и средств защиты от неё (противомоскитные сетки и репелленты, отпугивающие комаров), но и провоцирует дефицит диагностических тестов: введение карантина в Индии привело к проблемам с получением реактивов. Кроме того, 18 февраля ВОЗ опубликовала тревожное сообщение о том, что американская лаборатория Access Bio, поставщик противомалярийных средств для ЮНИСЕФ, ВОЗ и ряда неправительственных организаций, допускает «критически существенные нарушения», а ещё одна американская фармацевтическая компания (лаборатория Abbott), обладающая почти полной монополией, бессовестно взвинтила цены (до 70 центов за единицу продукции, которая раньше продавалась по 20–40 центов) и сосредоточилась на выпуске тестов для выявления Covid-19, рентабельность которых очень высока, ведь стоимость каждого из них составляет от 4 до 10 долларов. ВОЗ не исключает, что в текущем году смертность от малярии возрастёт вдвое и болезнь может унести жизни 769 000 человек, впервые за двадцать лет побив печальный рекорд.

На долю расположенных южнее Сахары африканских стран приходится 93 % диагностированных случаев малярии в мире и 94 % смертей от этого заболевания. к тому же континенту угрожает существенное увеличение смертности от СПИДа. По информации ВОЗ и организации Onusida, перебои с поставками антиретровирусных препаратов могут всего за год стать причиной гибели 500 000 инфицированных, а между тем в 2018 году ВИЧ унёс жизни 470 000 человек. Этот показатель обещает быть самым неблагоприятным с 2008 года, когда численность африканцев, умерших от СПИДа, достигла 950 000 человек. В начале мая руководство Onusida умоляло власти государств «не прекращать работу по профилактике ВИЧ, создавать населению континента все необходимые условия для того, чтобы уберечься от инфекции, дискриминации и агрессии и сделать всё, чтобы люди могли воспользоваться своим сексуальным и репродуктивным здоровьем и связанными с этим правами». Вместе с тем эксперты агентства напомнили об экономических последствиях пандемии Covid-19: «Ощутимое снижение доходов и сокращение занятости может привести к расширению рынка платных сексуальных услуг, коммерции и эксплуатации в этой сфере. Это существенно увеличит риск заражения ВИЧ».

К сожалению, нашествие коронавируса сопровождается и другими заболеваниями. Население Латинской Америки, например, страдает сейчас от эпидемии Зика, от вспышек заболеваемости корью и от одной из самых страшных в своей истории эпидемий лихорадки денге. Последнее заболевание проявляется примерно такими же симптомами, как и коронавирус (высокая температура, сильные головные боли, ломота в мышцах), и в прошлом году поразило 3 миллиона жителей этого континента, 1 538 из которых умерли. Ежегодно в мире регистрируется 50 миллионов заболевших лихорадкой денге, в том числе 500 000 случаев геморрагической её формы, при которой смертность превышает 2,5 %. Но до сих пор не существует ни лекарств, ни вакцины от этого «тропического гриппа». Их разработка началась только тогда, когда один из второстепенных переносчиков инфекции, комар вида Aedes albopictus, был замечен в Северной Америке и Европе. Вирусы, бактерии и паразиты представляют научный интерес лишь в том случае, если они проникают в регионы с умеренным климатом. Ведь только так они могут стать источником немалой выгоды.

Опубликовано 19/05/2020

На ту же тему

Самопровозглашённая боливийская власть погрязла в скандалах
Кризис кризисом, а мигрантов всё равно выдворяют
SANOFI и BIG PHARMA: хроники шантажа
В газете Libération вопросы капитала не на...