Заключённые не будут голосовать

В отличие от прошлого года, на этот раз заключённые французских тюрем не примут непосредственного участия в голосовании, которое пройдёт с 15 по 22 марта. По словам министра юстиции, всё дело в сложной процедуре местных выборов. Но, по мнению общественный организаций, такой аргумент звучит неубедительно.
В отличие от прошлого года, на этот раз заключённые французских тюрем не примут непосредственного участия в голосовании, которое пройдёт с 15 по 22 марта. По словам министра юстиции, всё дело в сложной процедуре местных выборов. Но, по мнению общественный организаций, такой аргумент звучит неубедительно.

Во Франции заключённые уже более четверти века имеют право голоса. Однако реализация этого права на практике сильно затруднена. Если при голосовании на общенациональных выборах особых проблем не возникает, то поучаствовать в муниципальных выборах в этом году смогут лишь немногие прошедшие сложную процедуру голосования по доверенности.

Правозащитники говорят об абсурдности такой системы. Процедура участия заключённого в муниципальных выборах действительно несколько сложнее, но в ней нет ничего сверхъестественного. Проблема только в том, что государство снова решило сэкономить на базовых демократических правах своих граждан.

В отличие от прошлого года, на этот раз заключённые французских тюрем не примут непосредственного участия в голосовании, которое пройдёт с 15 по 22 марта. По словам министра юстиции, всё дело в сложной процедуре местных выборов. Но, по мнению общественный организаций, такой аргумент звучит неубедительно.

В этом году избирательные урны в тюрьмы не привезут, и на муниципальных выборах заключённые не смогут выразить свою позицию, проголосовав непосредственно в исправительном учреждении. Руководство Службы исполнения наказаний (СИН), подведомственной министерству юстиции, объясняет это решение наличием «организационных затруднений» и «сложностью» такой процедуры при проведении выборов в местные органы власти в два тура, по окончании которых заполненные бюллетени должны быть высланы в различные населённые пункты по месту жительства каждого избирателя, отбывающего наказание. «Прошлогодние выборы в Европейский парламент были общенациональными, и потому все бюллетени, заполненные в тюрьмах, своевременно отправлялись для обработки в министерство юстиции. 8 % заключённых, то есть 4 550 человек, смогли тогда выразить свою волю посредством дистанционного голосования», – сообщили в СИН.

«Что касается выборов в муниципалитеты, то, поскольку каждый зарегистрирован в своём населённом пункте, в определённый день нам пришлось бы отправить бюллетень на конкретный участок, и это действительно было бы сложно», – настаивает руководитель Департамента социальной политики и партнёрства СИН Амин Мбарки. «Может это и правда непросто, но государство обязано предоставить заключённым возможность проголосовать, – уверен эксперт Международного центра наблюдения за состоянием тюрем Франсуа Бэ. – Однако, судя по всему, власти не желают выделять на это финансирование».

С 1994 года заключённые имеют право голоса (кроме тех, кто лишён такого права на основании судебного постановления). 15 и 22 марта обитатели тюрем, внесённые в избирательные списки, всё же будут иметь возможность проголосовать, несмотря на отсутствие необходимых условий. «Они могут выразить свою волю при помощи доверенности, но тут не обойтись без организационных хлопот, а не все станут озадачиваться такой процедурой, – полагает Франсуа Бэ. – Те заключённые, у кого есть разрешение на выход за ворота, могут проголосовать непосредственно на избирательном участке, но таких людей крайне мало». Эти два варианта не дают отбывающим наказание возможности на деле реализовать своё право голоса. В ходе президентских выборов 2017 года всего 2 % из них приняли участие в выборах по доверенности или благодаря получению разрешения на выход.

В марте 2018 года гарантом права голоса для заключённых выступил сам Эммануэль Макрон. «Мне пытались объяснить, почему заключённые не имеют права проголосовать, но я так и не понял», – говорил президент. «Мы уже много лет предлагаем варианты по организации процесса», – отвечает Франсуа Корбе, лидер общественной организации «Robin des lois». Он выступает не за дистанционное голосование, как это было в 2019 году, а за то, чтобы оборудовать в тюрьмах настоящие избирательные участки: «Статья 40 Избирательного кодекса даёт префекту право создавать избирательные участки. В монастырях эта практика уже существует, так почему бы не внедрить её в тюрьмах? Ничто этому мешает». Смысл этого предложения заключается в том, чтобы вносить имена заключённых в списки избирателей того населённого пункта, где находится тюрьма. Министерство не одобряет эту идею, опасаясь «избирательного дисбаланса» в том случае, если «количество голосующих за решёткой будет больше, чем число избирателей в данном населённом пункте». «Этот аргумент противоречит закону. Если завтра в какой-нибудь деревне расположится, например, кавалерийский полк, можно предположить, что это скажется на результатах голосования, но ведь военные всё равно получат возможность сказать своё слово на выборах. А если представители власти заодно решат посмотреть, как обстоят дела в тюрьмах, это только пойдёт им на пользу», – отмечает Франсуа Корбе.

Ассоциация «Robin des lois» обратилась к префектам с просьбой создать избирательные участки в каждой тюрьме (с этим требованием активистам пришлось дойти до административного суда). Пока им не удалось добиться решения вопроса. Но уже через несколько месяцев административный апелляционный суд Бордо должен вынести свой вердикт по запросу об организации избирательного участка в городе Вьен. «Если суд примет нашу сторону, это создаст прецедент для организации избирательных участков во всех французских тюрьмах, как это произошло в Польше и в Дании, – надеется Франсуа Корбе. – Таким образом нам удастся покончить с абсурдностью существующей системы».

Опубликовано 11/03/2020

На ту же тему

Министр финансов Германии и финансовые скандалы
Правительство отчитывается о своих действиях в период...
Приостановлены испытания вакцины от коронавируса
Отделится ли Новая Каледония от Франции?