Наступление на право выражать протест

Камий Бауэр

Правительство увеличило криминализацию и репрессии в отношении общественного движения, как это делали его предшественники. Чрезвычайные меры отныне могут повлиять на протестующих.

Будут ли люди рисковать своей безопасностью и свободой, чтобы выйти на демонстрацию? Демонстрация, этот вошедший в моду способы выражения политических требований, как и движение «жёлтых жилетов» пошли на спад. Первая причина тому – рост насилия со стороны полиции. «Чрезмерное применение силы сдерживает потенциальных участников акций протеста», подчеркивает Николя Крамейер, ответственный за программу Свобода в «Amnesty international». Полиция беспрецедентно использовала оружие «несмертельного действия» по отношению к «жёлтым жилетам». По данным, обнародованным Сенатом, с ноября было произведено более 14 000 выстрелов из травматических пистолетов, тогда как в 2016-2017 гг. это число равнялось 6 500. По данным сайта «Allô Place Beauvau», само Министерство внутренних дел насчитывает 2 200 раненых, в том числе 23 потеряли зрение и 266 получили травму головы. Репрессии достигли такого уровня, что Франция подверглась критике со стороны Совета Европы. Более того, этому же было посвящено мартовское коммюнике Верховного комиссара ООН по правам человека.

Правоохранительные органы весьма активно занимаются криминализацией протестующих. «Эта логика была разработана, чтобы действовать в ответ на протесты по поводу оккупации территорий ZAD,[i] демонстрируя тем самым, что манифестации этих людей являются не законным выражением их мнения, а противоправным действием», – резюмирует Клэр Дюжарден, специалист по проблемам насилия со стороны полиции в Союзе адвокатов Франции (SAF). Административная полиция задерживает отдельных людей, запрещая им участвовать в демонстрациях, и делает это всё чаще без разрешения соответствующих судебных инстанций, нарушая при этом принципы правового государства. «Мы уже видим, как меры, характерные для чрезвычайного положения, вводятся в общее право, например, обыски или домашний арест. Таким образом, полномочия исполнительной власти растут, а свободы ущемляются. А сейчас хотят ограничить право на манифестации», – констатирует Катя Дюбрей, президент Профсоюза работников суда. Во время движения «желтых жилетов» подобная логика привела к беспрецедентному количеству арестов, многие из которых носили превентивный характер. Было 8 700 задержанных, из которых всего порядка 4 000 были освобождены без дальнейших правовых последствий. Николя Крамейер считает, что «мы наблюдаем проявления произвола в области гражданских свобод».

Этот рост насилия и судебных преследований связан с изменением концепции работы органов правопорядка. «После принятия нового трудового законодательства и возникшей нехватки людей, сопровождение манифестаций осуществляется не только особыми подразделениями, в частности, полицейский спецназ и мобильные бригады. Все больше и больше наблюдаются на их стороне специальные, предназначенные для других целей подразделения, например, антикриминальная полиция. А от них требуют контактировать с протестующими, чтобы в дальнейшем провести задержание с инициированием предварительного расследования», - отмечает Клэр Дюжарден. Широкомасштабные обвинения «в правонарушении в виде участия в группировке с целью совершения насилия и нанесения ущерба» в адрес участников несанкционированного митинга еще больше усилило эту тенденцию к криминализации. Готовность правительства относиться к протестующим, как к опасным преступникам, также проявилась в беспрецедентном визите министра юстиции Франции в декабре в здание суда в Париже, чтобы дать прокурору инструкции действовать построже.

Несмотря на то, что Конституционный совет не пропустил основные положения закона против погромщиков, он был принят в марте и, скорее всего, усилит эту тенденцию. «По этому закону людей можно задерживать просто так, даже не изыскивая обвинений, которые им можно применить. Мы живём в чрезвычайном положении, протестующий считается опасным, и есть опасность, что именно такая концепция сохранится в будущем», – говорит Николя Крамейер. Теперь в законе чётко прописан запрет закрывать лицо, это стало преступлением, за которое правоохранительные органы могут задержать человека. «Эта борьба с общественным движением не взялась из ниоткуда. Подобная логика применялась уже в течение многих лет, - подчеркивает Катя Дюбрей. – Однако сейчас мы подошли к точке, в которой возможны непредсказуемые результаты. Теперь репрессии нацелены не на отдельные группы людей, а на всех, кто примет участие в протестной акции. Серьёзный повод для беспокойства».

 

[i] Аббревиатура от франц «zone à défendre», обозначает жителей территорий, имеющих сельскохозяйственное или природоохранное значение, которые собираются отдать под инвестиционные проекты. Впервые термин был употреблён в отношении жителей, противившихся строительству аэропорта Нотр-дам-де-Ланд. От проекта аэропорта правительство отказалось вследствие финансовых проблем, однако вопрос с территориями так и не решён. – прим ред.

Добавить комментарий


Обновить Защитный код