Мало заводов и рабочих мест

Сиприан Боганда

Всё отлично! По словам министров, на французских предприятиях создаются новые рабочие места, и происходит это в том числе за счёт грамотной налоговой политики. «В стране впервые за долгое время созданы рабочие места на промышленных предприятиях.Такого не было уже пятнадцать лет», – с удовлетворением сообщил в конце 2018 года пресс-секретарь правительства Бенжамен Гриво («FranceInter», 15 ноября 2018 года). Депутаты от партии «Вперёд, Республика!» с телеэкранов убеждают сограждан в том, что есть взаимосвязь между почти полной отменой налога на состояние в 2017 году и ростом объёма инвестиций в развитие французских предприятий. К сожалению, этот оптимизм не имеет под собой достаточных оснований.

Бесспорно, рабочие места на промышленных предприятиях появляются. Но объявленныецифры выглядят очень скромно на фоне потерь, понесённых за последние годы. В 2018 году в промышленности было создано 5 200 рабочих мест, и это при том, что за последние несколько лет производственный сектор утратил свыше полумиллиона рабочих мест! Кроме того, некоторые показатели весьма относительны. Эксперты восторгаются вновь наметившейся тенденцией к созданию новых предприятий, забывая поинтересоваться тем, чтo представляют собой эти компании. В 2017 году во Франции появилось 591 000 предприятий (рекордное количество, если рассматривать период с 2010 по 2018гг.). Однако более 40% этих вновь образованных компаний (242 000) являются микропредприятиями, преимущественно временного характера, с небольшим количеством рабочих мест и невысокой прибылью. Между прочим, свыше двух третей индивидуальных предпринимателей декларируют сумму годового дохода менее 15 000 евро, а ведь, по идее, это их основной заработок.

Что же касается создания заводов как таковых, то в этом случае необходимо чётко понимать, что имеется в виду. В 2017 году, впервые после начала кризиса, количество открытых заводов превысило число тех, чьи двери навсегда закрылись. Однако новых производств оказалось всего на 25 больше, чем закрытых, и связано это не столько с большим количеством новых предприятий, сколько со снижением темпов банкротства тех, которые существовали ранее. Повсеместно слышны хвалебные отзывы о заводах нового поколения, так называемых «4.0», которые принято считать будущим индустрии. Являясь площадками для совместного использования промышленных и цифровых технологий, эти заводы невелики, потребляют немного энергоресурсов и переполнены новейшими плодами прогресса (bigdata, 3D-принтеры, подключённые устройства и т. п.). На них широко применяется автоматизация, что само по себе хорошо, но при этом потребность в рабочей силе невелика. В среднем на каждом из создаваемых сейчас промышленных предприятий трудятся примерно 40 человек, тогда как ещё десять лет назад их было около 90...

В общем, нет никаких сомнений в том, что реиндустриализация страны остаётся делом далёкого будущего. И всё же несколько тысяч новых рабочих мест, о которых уже шла речь, являются, по мнению правительства, достаточным поводом для гордости за успехи проводимых реформ. Если верить окружению Макрона, то появление новых рабочих мест в промышленности обусловлено отменой налога на состояние: якобы теперь богатые люди охотно вкладывают средства в экономику в обмен на налоговые послабления, любезно предоставленные им правительством страны. Сотрудник Французского центра изучения экономической конъюнктуры (OFCE) экономист Матьё План сомневается, что такое утверждение оправдано: «На сегодняшний день совершенно невозможно оценить экономические последствия отмены налога на состояние, потому что никто не знает, как самые обеспеченные налогоплательщики использовали сохранённые таким образом деньги (общая сумма составляет более 3 миллиардов евро – прим. ред.). Нет никаких гарантий того, что эти средства были направлены на поддержку предприятий, нуждающихся в дополнительных инвестициях. Вполне вероятно, что самые богатые люди вложили свои деньги туда, где они будут в безопасности. Кроме того, надо понимать, какая сумма поступала в бюджет от налогообложения капиталов, то есть могла бы быть направлена на финансирование государственных учреждений, больниц, школ и т. п.».

Мифы о стартапах

Руководство страны осознало, что продолжать и дальше отказываться от возврата налога на состояние, не давая при этом никаких объяснений, будет непросто. Депутат от партии «Вперёд, Республика!» Амели де Моншален высказалась на эту тему с обезоруживающей искренностью: «Реформирование налога на состояние – очень полезный шаг, с точки зрения инвестиций, – полагает она. – Но на политическом уровне вы можете отстаивать его необходимость лишь в том случае, если сумеете доказать, что упущенные доходы будут направлены на продуктивные инвестиции. Трудно утверждать, что вложения в золотые слитки, яхты и коллекционные машины способствуют экономии». И это действительно проблема! В декабре образована «независимая наблюдательная комиссия», которой было поручено отслеживать судьбу тех миллиардов евро, которые удалось сэкономить богатым французам. Доклад комиссии о том, насколько полезной оказалась отмена налога на состояние (и вообще реформа налогообложения капиталов) должен быть представлен в сентябре 2019 года. Пока рано судить о том, каким будет итоговый документ, но состав комиссии явно не отличается «разнообразием». Среди 14 её членов – ультра-либеральный экономист Давид Темар, один из руководителей Конфедерации мелких и средних предприятий Жерар Орсини, представитель топ-менеджмента BNP Paribas, член исполкома Medef (Французского объединения работодателей) Мари-Клер Капобьянко, глава ассоциации руководителей текстильных предприятий Ив Дюбьеф и другие. И всего лишь два представителя профсоюзов: Французской конфедерации христианских рабочих и Французской демократической конфедерации труда.

Политика Эммануэля Макрона в сфере производства сводится к двум принципам: повышать «привлекательность» Франции за счёт проведения либеральных реформ и делать ставку на стартапы. Но те мифы, которые сложились вокруг стартапов, лишь заслоняют собой нелицеприятную реальность. На сегодняшний день этот «молодняк», как правило, живёт очень недолго (по некоторым оценкам, 60% стартапов прекращают своё существование в первые четыре года после создания) и занимает скромное место во французской экономике. В 2017 году в стартапах было создано 11 000 новых рабочих мест, что составило всего 4% от общего количества рабочих мест, появившихся в частном секторе французской экономики в том же году. «Преувеличенное внимание к высоким технологиям и поддержка стартапов в ущерб так называемой «традиционной» индустрии – ошибочный вектор в производственной политике, – предупреждает экономист Габриэль Кольти («Экономические альтернативы», 15 ноября 2018 г.). – (...) Делая излишний акцент на высоких технологиях, можно упустить из виду тот факт, что большинство отраслей промышленности, в том числе и высокие технологии, должны демонстрировать способность производить инновационную продукцию с большой добавленной стоимостью (...). Что же касается стартапов, то подавляющее большинство этих микропредприятий работают в той или иной узкой нише и имеют очень ограниченную продолжительность жизни. Такие компании необходимы для обновления производственной структуры... если только она к тому времени не исчезнет».

Добавить комментарий


Обновить Защитный код