Бывшие работники «Goodyear» отстаивают свою честь

Карин Жансельм

Полицейские при полном вооружении, досмотр сумок… Прямо как на концертах в огромном зале «Зенит», только происходило всё в соседнем дворце съездов. А журналистам, чтобы попасть на заседание, необходимо было получить аккредитацию... Вы спросите, кто же эти герои дня? Ответ прост: более 800 бывших работников «Goodyear» заполнили половину помещения, где состоялось заседание примирительной комиссии. Судьи и адвокаты сидели на сцене напротив друг друга, а между ними - несколько рядов папок с документами. Расположившаяся под светом прожекторов председатель суда, считала количество собравшихся истцов. «Я насчитала 791 человек, выступающих против, по их мнению, беспричинного увольнения. А также 127 работников, недовольных несоблюдением обязательств по предоставлению времени для отдыха». Адвокаты обеих сторон подтверждали сказанное. Это было только начало длинного списка, состоявшего из цифр, сумм прибыли и сводных счетов, необходимых для доказательства того, что «Goodyear» не находится в трудном положении, и что мультинациональная компания просто пожертвовала своими работниками ради желания ещё больше набить карманы акционеров. В полумраке зала никто из присутствующих не высказывал возражений. Бывшие работники компании были готовы в течение восьми часов слушать судебные прения. «Мы должны восстановить наше доброе имя», - со вздохом говорит Давид, вспоминая о насмешках, разносившихся прессой и слухами, в которых бывшие работники «Goodyear» выставлялись «лентяями» и «скандалистами». И это после их упорной семилетней борьбы за сохранение рабочих мест и четырёх лет ожидания судебного процесса. На трибунах рядом с истцами присутствовали также и родственники бывших работников компании. Ведь закрытие в 2014 году завода привело к пятнадцати самоубийствам, сердечным приступам и несчастным случаям со смертельным исходом...

«Обсуждения будут проводиться скрупулёзно и необходимыми юридическими обоснованиями», - говорит адвокат бывших работников Фёдор Рылов, отказавшийся использовать микрофон на процессе. Его голос звучит ещё громче, когда он описывает «негодование работников, их возмущение и досаду от того, что всего можно было избежать», если бы люксембургская «материнская компания» (GDTO) не начала «пожирать» «Goodyear France». Опираясь на официальные отчёты, адвокат доказывал факт давления GDTO на французский филиал: «Вот подробные инструкции, свидетельствующие о том, что каждый запрос о поставках [на завод городского района] Амьен-Нор должен быть подтверждён в Люксембурге. В противном случае последовали бы санкции». В ответ на это защитники «Goodyear» пытались отвести подозрения в том, что сотрудники французского филиала «Goodyear» одновременно числились сотрудниками и их «материнской компании». Они не отрицают факт получения мультинациональной компаний рекордной прибыли («в 2014 году чистый доход «Goodyear» после вычета налоговбыл равен 2,5 млрд. долларов»), но при этом говорят, что на самом деле это просто «положительный результат, за которым могут стоять конкретные трудности». К тому же адвокаты компании отрицают несущественность экономических аргументов для закрытия филиала и предпочитают объяснять увольнения необходимостью «сохранить конкурентоспособность» компании. Точно такими же аргументами пользовались и руководители завода «Форд» в Бланкфоре, сотрудники которого пришли на заседание в Амьен, чтобы поддержать своих товарищей. Несмотря на прибыль в 6,37 млрд евро американская мультинациональная компания недавно объявила 910 своим сотрудникам о закрытии заводов в департаменте Жиронда. На судебное слушание в Амьен прибыл медперсонал «Университетского клинического центра» (CHU) г. Лилль, полностью солидарный с уволенными работниками, как и профсоюзный активист, бывший работник почты

Гаель Кирант и другие почтовые служащие, фуражки которых мелькали на дальних трибунах.

По мнению адвоката Рылова, ликвидация завода была спланирована заранее, в тот период, когда по законодательству головная компания несла ответственность за свои филиалы. «За четыре года до увольнений производство шин снизилось с 5 млн до 500 000 шт., то есть закрытие уже было решено», - говорит адвокат, напоминая о давлении, которое оказывалось на работников. «Мы работали всего по три часа в день, но из завода нас не выпускали, - вспоминает Тьерри. – Было видно, что мы находились там просто так, ничего не делая. Это тяжело психологически. И теперь это нас называют лентяями...». Адвокат считает, что это была своего рода «пытка», направленная на то, чтобы довести работников до нервного срыва. Жоэль Гранже, один из трёх адвокатов «Goodyear», сказал, что работники «часто уходили на больничный» и это «понизило их мотивацию». Более того, Гранже добавил: «Работников не было, мы выпускали меньше продукции. Нам не удавалось восполнить дефицит». Оспаривались даже показания трудовых инспекторов. «Вы говорите, что служащие отказывались работать?», - задаёт вопрос председатель суда. Но адвокат, кажется, уже забыл, о чём говорил. Председатель повторяет вопрос. «Возможно, я неправильно выразился», - отвечает адвокат «Goodyear», а затем в попытке оправдаться говорит, что защита «перегибает палку» и что ВКТ «ведёт войну» для того, чтобы отсрочить закрытие завода. ««Goodyear» собирался провести закрытие, как подобает», - уверяет месье Гранже, имея в виду 400 предложений о перераспределении, которые компания сделала для... 1143 уволенных рабочих. При этом 300 из них трудились на других заводах, расположенных по всему миру: в Боливии, Бразилии, Китае... «Комитет по перераспределению оказался бесполезен, - говорит один из рабочих. – Например, на одну предлагаемую им позицию было 30 кандидатов». Он чувствует себя невезучим «чёрным котом», которого все избегают и которому отвечают вежливым отказом такие компании, как «Sieges de France», «Goodyear» (а совсем недавно и «Whirpool»)... В конце 2017 года количество безработных в Амьене и его окрестностях достигало 11,5 %. Благодаря своим связям, Тьери, устроившись на должность садовода, смог добрать те несколько рабочих часов, необходимых для получения права выхода на пенсию. Франк Юрек организовал микропредприятие, но клеймо «Goodyear» иногда мешает ему: «Два человека отказались от моих услуг после того, как узнали, где я раньше работал». Некоторые бывшие служащие компании вернулись в промышленную сферу после попыток получить профессию водителя, санитара, специалиста по отоплению или после трудоустройства на временных работах. Всем уже «поперёк горла» стоит рассуждение уроженца Амьена Эммануэля Макрона, который говорит, что достаточно просто выйти на улицу, чтобы легко найти работу.

После десяти часов слушаний адвокат компании «Goodyear France», отвечая на вопросы председателя суда, вынужден был «чесать затылок». Он путался в своих аргументах. А из зала постоянно звучали едкие насмешки. Бывшие работники «Goodyear» требуют «справедливости» и компенсаций. Никто не откажется от борьбы. Ожидается, что судебное постановление будет вынесено 16 мая 2019 года.

Добавить комментарий


Обновить Защитный код