Афганистан: репортаж из тюрьмы в Кандагаре

Журналист «Юманите» Пьер Барбансе отправился к тюремным застенкам государства талибов в Кандагаре, где ожидают суда более 1 200 заключённых. Через четыре месяца после прихода к власти талибов суды не работают. Между тем, именно исламское правосудие считается одним из политических приоритетов запрещённого в РФ движения «Талибан».
Афганистан: репортаж из тюрьмы в Кандагаре

Кандагарскую тюрьму не видно за высокими бетонными блоками. Она, как и другие тюрьмы по всей стране, постоянно пополняется людьми. Во время своего молниеносного прихода к власти талибы* освободили в Кандагаре всех заключённых. Но вскоре камеры тюрем, как убедились журналисты «Юманите», оказались снова переполненными. Стоит сказать, что Кандагар играет для талибов особую роль – в городе находилась штаб-квартира движения «Талибан*».    

Запах гниения

Одни заключенные сменили других. В этом с журналистами соглашается и заместитель начальника тюрьмы молави Мансур:

«Мы не стали сажать в тюрьму тех, кто сидел в ней раньше. Сейчас здесь сидят в основном наркоманы, спекулянты, преступники и воры».

Удивительно то, что тут нет ни одного джихадиста из так называемого «Исламского государства» (запрещённая в России террористическая организация). Несмотря на то, что официально эта запрещённая во многих странах организация считается врагом № 1. Всего в тюрьме, способной «принять» 2 500 человек, находятся сейчас 1 200 заключённых. Все «свободные» места скорее всего будут очень быстро заняты. Ещё два месяца назад в тюрьме было только 200 пленников.     

Пройдя через тёмные пахнущие гниением коридоры, попадаешь в центральный двор. Тут сотни заключённых в традиционных накидках, напоминающих длинные шерстяные пледы, дожидаются неизвестно чего. Другие пользуются дневным светом, не попадающим в их камеры, чтобы погрузиться в чтение Корана. Рассказывает начальник охраны Машаль:

«Я боролся за спасение этих людей долгие годы. Нужно изменить их поведение. Я раздаю им тексты Корана. Если они не читают, то я их бью. Не очень сильно – они получают только затрещины».

Когда охранник проходит со стальным тросом в руке, люди провожают его испуганными взглядам. Видимо, затрещины действительно не самое суровое наказание. 

Переполненные камеры

В Афганистане талибы* хотят произвести впечатление умеренных правителей. А соответственно покончить с той репутацией, которую они приобрели с 1996 по 2001 гг. Тогда людей ежедневно забивали камнями, отрубали им руки и публично казнили.  

Молави Мансур, которого держали в заключении в Баграме в течение пяти лет, сказал следующее:

«Я знаю, что такое быть заключённым. Я пытаюсь соблюдать права человека и служить народу своей страны. Иногда мы даже делимся с заключёнными нашей собственной пищей».

В эти слова очень трудно поверить. Заключённые жаловались журналистам на условия заключения и особенно на питание. В некоторых камерах находится до пятнадцати человек.

Но их больше всего угнетает то, что они не имеют ни малейшего представления о длительности их заключения.

«Я из Газни (город к северу от Кандагара на пути в Кабул – прим. ред.). И я не знаю, где моя семья»,

жалуется Матиулла. Он даже не способен сказать, как давно он находится в тюрьме.

«По прошествии некоторого времени арестантов приводят к религиозному судье. И он выносит приговор по законам шариата»,

– уверяет заместитель начальника тюрьмы.

А ещё среди заключённых нет ни одного чиновника, полицейского или военного, которые служили бы государству до прихода к власти талибов*.   

Закон племени

В каждом опорном пункте, создаваемом талибами, местный эмир вершит суд в соответствии с племенными законами. В одном из таких пунктов, в камерах, запертых на висячий замок, содержалось пятеро арестантов. Среди них был один молодой человек, попавший за хранение небольшого количества гашиша. Эмир освободил его через пять дней.   

«Мы хотим, чтобы люди доверяли нам»,

– подчёркивает Маслум. Он командует другим таким опорным пунктом:

«Мы пытаемся разрешать конфликты с помощью посредников. Если это невозможно, то мы направляем дело центральному командованию, которое и принимает решение».

В этот день ему предстоит решить долговой спор. Вокруг стола, в присутствии талибов* с автоматами на шее, стоят два спорщика. После короткого разговора один возвращает другому деньги – 65 000 афгани (578 евро). Судя по всему, быстрому решению проблемы способствовало пребывание в тюрьме должника. Он ничего не говорит, но вид у него очень жалкий.  

Одним из политических и идеологических приоритетов движения «Талибан*» считается введение исламского правосудия. Талибы утверждают, что оно будет быстрым, эффективным и справедливым.

Ещё даже до взятия Кабула, на протяжении нескольких лет они создавали исламские суды на подконтрольных территориях. Как могли убедиться ещё десять лет назад журналисты «Юманите», жители окрестностей Кандагара обращались к ним из-за коррумпированности прежней системы.

Прошло уже четыре месяца после прихода к власти талибов*. Но их судебная система по-прежнему остаётся в плачевном состоянии.  

Четыре тела на кранах

Очевидно, что сегодня для укрепления своей власти, необходимо заручиться доверием населения. Иногда они избегают самых суровых приговоров под предлогом отсутствия свидетелей. Сейчас талибы* прилагают все усилия, чтобы не допустить перегибов, способных негативно отразиться на репутации. Ведь при полном отсутствии уважения им будет трудно заручиться международной поддержкой.

«Если кто-то берёт на себя ответственность за убийство человека, даже если это один из наших людей, то ему придётся отвечать за это решение по закону»,

– заверил официальный представитель Исламского Эмирата Афганистана Забихулла Муджахид. Это заявление было сделано после того, как назвавшие себя талибами* люди убили трёх человек за звучавшую на свадьбе музыку.

Однако исламисты не стесняются использовать демонстрацию тел погибших с целью запугивания и разубеждения.

26 сентября в Герате, городе на северо-западе Афганистана, на кранах были подвешены тела четырех мёртвых человек. Их убили при задержании полицейскими, обвинявшими их в похищении. По словам управляющего провинцией Ахмада Муджахида, таким образом власти хотели

«…дать урок другим похитителям, чтобы они больше не похищали людей и не преследовали их»

Афганистан: репортаж из тюрьмы в Кандагаре

Множественные опасности

Талибам*, пытающимся укрепить свою власть, приходится сталкиваться с трудностями и разногласиями и в собственных рядах.

Свидетельством тому может послужить тот факт, что Верховный суд, о создании которого говорилось два месяца назад, всё ещё не приступил к работе. Запланированные по этому случаю по всей стране суды, состоящие из трёх исламских судей, так и не начали свою работу.

По словам бывшего официального представителя муллы Омара Латифоллы Хакими, с которым встретились журналисты «Юманите» (в настоящее время он курирует работу комиссии внутренней безопасности в среде талибов*), речь идёт только о «технических проблемах».

Не пожелавшая раскрывать своё имя женщина-адвокат (она будет фигурировать в репортаже как Бесхита) сообщает, что за этими прекрасными намерениями скрывается большая угроза. Бесхита многое сделала для защиты прав женщин. Теперь она вынуждена скрываться в одном из городов страны после взятия Кабула талибами*: 

«С тех пор как талибы пришли к власти, мы больше не можем заниматься своим делом. Некоторые адвокаты уехали из страны. Другие, как и я, прячутся, так как наша жизнь находится в опасности. Исламский эмират преследует нас и за то, что мы давали показания в судах, если речь шла о насилии в отношении женщин.

Коррумпированные осужденные чиновники, против которых возбуждали уголовные дела, тоже теперь мстят. Талибы их освободили. Некоторые адвокаты были убиты талибами и преступниками. Многие пропали – неизвестно, что с ними стало».     

Одна женщина-судья, с которой должны были встретиться журналисты, поспешно покинула Афганистан – сразу после того, как был убит её брат.

Известно, что официальный представитель движения «Талибан*» Биляль Карими заявил, что ещё нет никаких решений по поводу судьбы женщин-адвокатов и женщин-судей. 

План усмирения

Между тем, похоже, что судебная система является одной из главных забот новых хозяев страны.

Президент Независимой ассоциации адвокатов Афганистана Рохулла Каризада сообщил о том, что 23 ноября «50 талибов ворвались в помещение ассоциации и стали удерживать его силой»

Разумеется, исключительно в качестве гарантии безопасности, ассоциация была насильственно передана в ведение Министерства юстиции через несколько дней. План усмирения был инициирован ещё правительством Ашрафа Гани. Но он не успел его осуществить из-за прихода к власти талибов*.  Дипломатичный Забихулла Муджахид предусмотрительно отметил, что…

«…ассоциация не закрыта. Чтобы продолжать свою деятельность, адвокаты должны получить новую лицензию министерства юстиции. Такая мера поможет избежать взяток и коррупции».     

«Только духовные лица»

В беседе с журналистами «Юманите» официальный представитель Независимой ассоциации адвокатов Афганистана Хашеми отметил, что

«…все назначенные Исламским эмиратом новые судьи являются духовными лицами. В настоящее время талибы* не задерживают и не избивают нас. Поэтому мы предприняли попытку заниматься делами, связанными с разводами и разделом имущества супругами. Но когда мы пришли в судебные учреждения, талибы* сказали нам, что система правосудия ещё не заработала. Поэтому судебных заседаний пока не будет»

Он также говорит, что,

«…как правило, исламские законы не создают проблем, так как все с ними согласны. Но те законы, которые хотят навязать талибы, представляют собой упрощённую и жестокую версию правосудия, от которого пострадают  люди».

Дело в том, что судьи являются духовными лицами. Это означает, что они трактуют законы шариата «в соответствии со своим собственным видением ислама и часто в самой жестокой форме».

Бывшие судьи сейчас могут только заниматься делами, касающимися коммерческих споров и сделок с недвижимостью. То есть тем, что связано с денежным обращением.

В своём твиттере гражданский активист из южной провинции Гильменд Самиюлла Хамиди, основавший до прихода к власти талибов Организацию по социальному и экономическому развитию, предостерегает:

«Влияние талибов усиливается. Доступ к независимой юридической помощи вскоре окончательно уйдёт в прошлое. Границы стираются. Адвокатом, прокурором и судьёй может быть один и тот же человек».  

Скрывающаяся женщина-адвокат Бесхита с особым волнением сказала нам следующее:

«Если у женщин не будет права на работу, то вся система правосудия окажется в руках у мужчин. И даже если режим талибов признают на международном уровне, то женщины останутся не у дел. Нас уничтожат финансово, морально и психологически»

По мнению надзирателя в кандагарской тюрьме Машаля, такой проблемы не существует. И он с гордостью заявляет:

«Я рад тому, что я здесь, потому что заключённые возвращаются на правильный путь».

Так обстоят дела с правосудием в стране талибов. 

* Организация запрещена в России

Опубликовано 15/12/2021

На ту же тему

Масштабная забастовка работников образования
Медиамагнат работает на благо общества
Смягчение санитарного режима
Тяжёлые будни рабочих в Сен-Назере