Праймериз: никто не хочет, но все проводят

Ещё 20 лет назад все политики расхваливали эффективность процедуры праймериз: повышает участие членов партии в партийной жизни, позволяет выбрать самого представительного кандидата, способствует развитию демократии. Но с 2017 г. её всё чаще подвергают критике. Чем вызвана такая перемена мнения представителей политической элиты?
Праймериз: никто не хочет, но все проводят

Значительная часть нынешних претендентов на президентское кресло в 2022 г. не способны согласовать свою кандидатуру внутри собственных политических движений и партий. Возникает естественный вопрос: как же определиться? Учитывая, что всё больше партий отказываются от процедуры праймериз с 2017 г. Однако, похоже, большинству политиков без неё не обойтись.

Парадокс последних праймериз

20.00, 27 ноября 2017 г. Сюрприз: единым кандидатом от правых и центристов стал Франсуа Фийон, бывший премьер-министр в 2007-2012 гг. В первом туре он обошёл Николя Саркози. Более того – получил даже больше голосов, чем Ален Жюппе, тогдашний фаворит. За него высказалось 3 млн голосов из 4,4 млн проголосовавших в праймериз. Многие были уверены в его победе в мае 2017 г. Об этом же говорили и социологические опросы. Также среди социалистов победил Бенуа Амон, после отказа Франсуа Олланда от участия в президентской кампании. 2 млн избирателей Соцпартии проголосовало. 1,2 млн из них за Амона, бывшего министра образования. Янник Жадо, победитель праймериз среди зелёных (EELV), также отдал ему свою поддержку.

Но 23 апреля 2017 г. во второй тур президентских выборов вышел кандидат «ни от правых, ни от левых». Впервые в финале не оказались представители от традиционных правых и левых партий. При этом оба соперника, Марин ле Пен и Эммануэль Макрон, не участвовали в праймериз в своих политических образованиях. До сих пор многие политические деятели объясняют поражение традиционных кандидатов не коррупционными скандалами, связанными с Фийоном, и не дискредитацией социалистов пятилетним сроком Олланда. Всему виной, по их мнению, какие-то другие обстоятельства, обозначаемые особыми понятиями. «Поражение» Франсуа Олланда, «глупости» Мишель Аллио-Мари (кандидат от UMP), «опасные идеи» Жана-Франсуа Копе («Республиканцы») и «отвратительная кампания» Франсуа Байру.

Перемена во взглядах

Долгое время процесс праймериз критиковали. И вот теперь большинство думало, что никто уже к нему не прибегнет. Всё, праймериз – вчерашний день. Но 2022 г. приближается, и снова заговорили о предварительных выборах. Экологи уже объявили, что в сентябре организуют внутреннее голосование, хотя руководство партии этому противится. Социалисты и «Республиканцы» также обсуждают эту возможность. И граждане выступили с инициативой «народных праймериз» с целью выбрать единого кандидата от левых.

Чем ближе выборы, тем больше партий, испытывающих проблемы с кандидатом, выставленным «естественным образом», задаются вопросом, как выбирать? Можно пойти по американскому пути и устроить закрытое голосование (среди членов партии), или же открытое (члены партии и симпатизирующие им). Впервые такое было сделано в 1995 г. между кандидатурами Лионеля Жоспена и Анри Эммануэлли. Второй раз в 2007 г. Тогда выбор был между Домиником Штросс-Каном, Лораном Фабиусом и Сеголен Рояль. «С 2000 г. во Франции прибегают к открытым праймериз ввиду их эффективности (выбор наиболее репрезентативного кандидата), а также их демократических соображений (создание наиболее партисипативной системы). Об этом написал политолог Реми Лефевр в колонке газеты «le Monde». Да и сам Франсуа Олланд говорил то же самое до своего прихода к власти.

Сор из избы

Почему же эту процедуру, столь ценимую ранее, так не любят теперь? «Так называемый «выбор идеологий» внутри разных представителей одной партии может нарушить единство политического образования». Так считают специалисты исследовательского центра Cevipof Лоранс Морель и Паскаль Перрино (1). Они привносят разлад, так как разграничивают политические линии. Ну и не последнюю роль играют эгоцентристские стремления кандидатов. С 2016 г. праймериз среди правых и центристов напоминают жалкие спектакли, сделанные с одной целью – самоуспокоение. Выбор между Франсуа Фийоном и Николя Саркози можно считать именно таким. Да и сами члены правительства высказываются об этй процедуре негативно. Разве можно себе представить подобное, скажем, во времена Шарля де Голля?

«Я был рад попробовать. Хотя не думаю, что снова приму участие в подобном», – сказал Николя Саркози в дебатах с Натали Косцюшко-Моризе (при президенстве Саркози – вице-президент делегат, UMP). На вопрос, смогут ли эти они снова оказаться в одном правительстве Косцюшко-Моризе ответила отрицательно. А Саркози предположил: «Если бы меня переизбрали в 2012 г., то Натали, скорее всего, было бы трудно со мной работать».

Вот только разлад возникает не во время праймериз. Он существует везде, и причиной тому – братоубийственные войны как среди правых, так и в стане левых. Праймериз, скорее, даёт возможность выразить их перед прессой. Или же отточить свои навыки злословия, поскольку личное противостояние часто сопровождается переходом на личности.

Два составляющих праймериз

Сегодня же главная проблема не в жёстком противостоянии крутых перцев. Ведь ввиду отсутствия избирателей эта борьба не может стать настоящей демонстрацией силы. В противном случае даже съезд при неполном составе означал бы раскол. Слабо верится, что члены партии станут массово покидать её из-за праймериз. «Но сейчас праймериз не любят, поскольку люди извлекли уроки из прошлого, – говорит член Соцпартии Кристоф Клержо, – Ведь для того, чтобы они сработали, нужно два условия. Первое – чтобы они прошли в нормальной обстановке и при кандидате, способном определить свою позицию в обоих турах. Второе – нужно подчиниться результатам праймериз». Социалисты уверены, что смогут соблюсти оба этих условия. Они объявили об организации открытых праймериз в сентябре. Их задача – чтобы как можно большее число потенциального электората приняло участие в избрании кандидата на президентские выборы. Правда, на закрытых праймериз настаивает фаворит партии Анн Идальго, которую планируют противопоставить Стефано ле Фоллю и Жану-Кристофу Камбаделису.

«Члены нашей партии имеют право голосовать за человека, который будет их представлять. Это наш принцип, потому что у нас демократическое устройство. Оно позволит расширить нашу программу экологической политики. Над нами подшучивают. Но праймериз будут проводить все», – это позиция Сандры Реголь, второго человека в EELV. Её задача – добиться лучших результатов, чем на праймериз в 2016 г., в которых приняло участие 17 000 чел. «Республиканцы», в частности аутсайдеры Бруно Ретайо и Филипп Жюван, также требуют дать голос «людям правых взглядов». Для них это – единственный шанс на выдвижение. При этом фаворит Ксавье Бертран отказывается принимать в этом участие. Да и в самом деле, как уже говорилось, разве можно представить себе Шарля де Голля, участвующего в праймериз?

(1) « Les primaires électorales et les systèmes de départage des candidats à l’élection présidentielle » (Fondapol).

Опубликовано 21/08/2021

На ту же тему

Карлес Пучдемон арестован в Италии
Всеобщая забастовка 5 октября
Состояние мест лишения свободы во Франции
Шахтёры Лотарингии выиграли суд у государства