Нападение на профсоюз: разбор событий

Парижский суд начал расследование по факту нападения на колонну активистов ВКТ на первомайской демонстрации. Пока устанавливаются виновники, идут рассуждения о контексте произошедшего. Такое количество раненых получилось потому, что полиция не выпускала людей из оцепления, не пытаясь при этом остановить нападавших. Ультраправые и некоторые чиновники сказали, что ВКТ сами виноваты и всё заслужили. При этом антилевая риторика правительства и преследования профсоюзных активистов в последние годы только нарастают.
Нападение на профсоюз: разбор событий

В субботу 1 мая по завершении первомайской демонстрации на площади Нации в Париже произошло нападение на активистов профсоюза ВКТ (Всеобщая конфедерация труда). Что же именно тогда случилось? Нападение на профсоюз: разбор событий.

Избитые активисты профсоюза, разбитые молотками стёкла грузовиков, поток постоянных оскорблений. Многие участники той демонстрации уже не первый год присутствуют на подобных мероприятиях. Но даже по их словам они никогда раньше не видели столкновений подобных масштабов с другими манифестантами.  

1. Как разворачивались события?

На площади Нации 1 мая профсоюзные микроавтобусы должны были отвезти назад манифестантов. «Мы были рады, что демонстрация подходила к концу без особых происшествий. Во всяком случае как нам казалось. Ведь в последнее время так бывает не всегда», – говорит Патрик (1), член службы охраны правопорядка ВКТ. За его плечами многолетний опыт участия в акциях протеста. Но радость длилась недолго. «Оказавшись на площади, мы почти сразу же заметили, что что-то происходит, – отмечает Карл Гази из отделения ВКТ для работников торговли. –  В самом центре площади, на газоне, собрались какие-то люди. Часть из них была в жёлтых жилетах. Другие были одеты в чёрное. Их лица скрывали балаклавы. Нас осыпали оскорблениями в связи с нашей профсоюзной деятельности. Тогда мы поняли: сейчас всё начнётся».

Повсюду раздавались крики: «ВКТ – коллаборационисты!» «Микроавтобусы ВКТ – их было не более десяти – поехали через площадь, – рассказывает Патрик. – Именно в этот момент нас окружили и стали оскорблять. Затем началось форменное побоище. Со всех сторон в нас летели камни. Парни напротив нас разбивали молотками стёкла наших микроавтобусов. Они швыряли нам прямо в лицо бутылки с разъедающей жидкость. Я насчитал около 150 нападавших. Некоторые просто выкрикивали оскорбления. Но были и настоящие погромщики».       

Манифестанты были заперты кордонами

В этой истории вызывает вопросы поведение полиции. Вначале ожидалось, что колонны демонстрантов выйдут на авеню дю Трон (с восточной стороны площади). Так легче пройти к проспекту Кур-де-Венсен. Там и были припаркованы микроавтобусы, которые привезли и должны были увезти демонстрантов. По всей видимости, в последний момент префектура решила изменить маршрут. «Я лично слышал об этом от офицера из Управления общественного порядка и безопасности дорожного движения парижской префектуры (DOPC). Мы просили их выпустить нас. «Всё это время мимо меня летали камни, —объясняет Жан-Люк Акар из ВКТ региона Иль-де-Франс. – Но авеню дю Трон перекрыли специальными ограждениями».     

«С другой стороны ограждений стояли бойцы Республиканских отрядов безопасности, – недоумевает Патрик. – Мы не могли вернуться обратно той же дорогой. Иначе мы бы столкнулись лоб в лоб с нападавшими. Но и выйти за ограждения тоже не могли. Складывалось впечатление, что мы попали прямо в ловушку и оказались между молотом и наковальней». По данным ВКТ, 21 человек был ранен. Четверо были госпитализированы.

2. Кто напал на ВКТ?

«На нас напали люди, шедшие в головном кортеже», – утверждает секретарь ВКТ работников торговли Карл Гази. Но «головной кортеж» – это очень условное определение. Он состоял из самых разных участников. Поэтому сложно точно установить мотивацию нападавших. «Это демонстранты, которые идут впереди так называемого «официального» кортежа. Так они выражают недоверие по отношению к организаторам. Или же нежелание участвовать в протестном движении вместе со всеми», – объясняет сотрудница Европейского центра социологии и изучения политики Изабель Сомье.   

С 2016 года головной кортеж состоит не только из представителей ультралевых и антикапиталистических активистов. У Патрика была возможность убедиться в этом в ходе первомайской демонстрации. «В колонне присутствовали участники, не принадлежавшие к профсоюзам. Они нередко участвуют в протестных акциях. Среди них были и «жёлтые жилеты». Мне кажется, что там были представители близких к «Национальному объединению» организаций. Но среди них явно были люди и немного постарше, подготовленные к уличным столкновениям. И вот из обычно их не бывает на акциях протеста. Лично для меня нет никаких сомнений в том, что это ультранационалисты» – говорит он.

«Головной кортеж» несогласных

Его мнение разделяет и Изабель Сомье: «Вот уже несколько месяцев к протестному движению присоединяются лица, которые заявляют о своей близости к «жёлтым жилетам».  Как правило это сторонники теории заговоров. Многие, например, выступают против обязательного ношения масок и вакцинации. Их идеи близки к ультраправым». «Мы столкнулись с людьми, придерживавшимися довольно разных взглядов. И не все из них обязательно были ультранационалистами», – замечает Пьерик, также активист ВКТ. Он видел, как «какая-то женщина моложе 30 лет» наносила на профсоюзный микроавтобус краской надпись «коллабрационисты».

Многие участники этой демонстрации говорят о сексистских, гомофобных и расистских оскорблениях, обычно характерных для ультраправых. Можно ли сказать, что из оппортунистических соображений против ВКТ объединились различные люди из числа ультралевых, «жёлтых жилетов», сторонников теории заговора или националистов? «Возможно эту агрессию стоит считать результатом радикализации культуры, направленной против истеблишмента. Ведь профсоюз считается частью системы», – считает социолог Кристиан Ле Бар из отделения Института политических исследований в Ренне.   

3. Как вела себя полиция?

Полицейский и активист ВКТ Антони Кайе в ту субботу находился рядом с микроавтобусами профсоюза. По его мнению, «скорость реакции полиции была странной». «В ходе уличных акций насильственные действия случаются. Но в данном случае демонстрантам просто не дали возможности покинуть место происшествия. Вот этим отчасти и объясняется то, что ситуация приняла плохой оборот», – полагает он. Префектура полиции перекладывает вину на профсоюз. По их словам, «первые две машины смогли быстро выехать по авеню Тайбур». Зато «три последних машины поехали не в ту сторону» и упёрлись в ограждения. Антони Кайе убеждён в том, что «в конечном счёте, нельзя же упираться только в бездумное соблюдение маршрута. Поэтому полицейские должны были принять решение открыть проезд для микроавтобусов. И таким образом дать им возможность выехать, сопроводив их, к примеру, на примыкающую улицу».       

Стратегия полицейских критикуется не только в связи с событиями на площади Нации. Насильственные и противоправные действия начались задолго до этого, рядом со станцией метро Сент-Амбруаз (бульвар Вольтера). Тогда кортеж остановила полиция. «Со времён начала мобилизации против закона о труде полиция использует один и тот же приём, – с возмущением отмечает член конфедерального бюро ВКТ Давид Дюге. – Он заключается в том, чтобы разделить демонстрацию на два потока перед транспарантами профсоюзных организаций. Таким образом тех, кого правительство называет «black blocks» («чёрные блоки»), изолируются от остальных частей кортежа. И они перегораживают проход. Тем временем остановка движения колонн на час повышает градус напряжения среди участников демонстрации».    

Антони Кайе считает такую тактику недальновидной. По его мнению, у полиции «достаточно средств, чтобы установить личность лиц, склонных к агрессии, и задержать их заранее». Давид Дюге считает, что нужно явно «сменить стратегию охраны правопорядка». А Антони Кайе полагает, что «лучшим способом избежать повторения подобных ситуаций является их массовость. Иными словами, чем больше людей в кортеже, тем реже происходят нападения». 

4. Кому выгодны такие инциденты?

Реакция на происходящее была предсказуема. Все левые единодушно осудили нападение на ВКТ. Правительство без энтузиазма выразила поддержку в лице министров Элизабет Борн и Марлен Шьяппа. Однако министр иностранных дел Жеральд Дарманен предпочёл подлить масла в огонь. «К полиции нет никаких претензий – в драке участвовали «жёлтые жилеты» и активисты ВКТ. Вся ответственность лежит на организаторах протестной акции», – сказал он. Исполнительная власть, игнорирующая требования протестующих, кровно заинтересована в расколе левых накануне президентских выборов.   

Сегодня атмосфера сгущается с каждым днём. Нарушение порядка во время профсоюзной демонстрации прежде всего играет на руку ультраправым. Ведь они рассчитывают получить голоса большей части избирателей среди бедных людей.  Например, 1 мая Марин Ле Пен участвовала в церемонии возложение цветов в ходе перед статуей Жанны д’Арк. Но всё будут обсуждать нападение на ВКТ. «Всё-таки ВКТ в какой-то степени можно назвать коллаборационистами. Ведь часть средств профсоюзу выделяет государство», – радуется евродепутат от RN («Национальное объединение») Жильбер Коллар. Кстати, к него большой опыт борьбы с профсоюзным и коммунистическим движением. Впрочем, как и у многих ультраправых. Нападки на коммунистов и левых участились. Это и преследования профсоюзных активистов, и акты вандализма, в частности, в случае со зданием ФКП. А в начале 2020 года Марин Ле Пен утверждала, что у французов «есть все основания ненавидеть ВКТ и господина Мартинеса».

  • Имя было изменено.

Опубликовано 05/05/2021

На ту же тему

В память велосипедиста, коммуниста Робера Маршана
Школьная медсестра: кто спасёт профессию?
Фабьен Руссель призывает вернуть участковых полицейских
Ультраправый видео блогер разжигает в YouTube ненависть...