Дональд Трамп: от Капитолия… до Тарпейской скалы

Беспрецедентный случай – вторжение сторонников Трампа в здание Конгресса – доказал несостоятельность политического течения, которое пытается дистанцироваться от общества в целом.
Беспрецедентный случай – вторжение сторонников Трампа в здание Конгресса – доказал несостоятельность политического течения, которое пытается дистанцироваться от общества в целом.

Штурм Капитолия 6 января, предпринятый радикальными сторонниками Трампа, несмотря на свою опереточность свидетельствует о глубине конфликта, расколовшего американское общество сверху донизу.

Несмотря на то, что сам действующий президент был вынужден осудить захват здания Конгресса, каждый пятый американец, согласно опросам, его поддерживает, а полицейские, оборонявшие храм американской демократии, нередко выражали симпатию к штурмующим – какой контраст с демонстративной жестокостью по отношению к антирасистским выступлениям BLM.

Рост противоречий внутри американского общества привёл к тому, что архаичная двухпартийная система явно перестала быть адекватной эпохе. Пока истеблишмент обеих партий стремится сохранить неолиберальный консенсус, крайние фланги как слева, так и справа перестают довольствоваться центристской линией верхов.

Беспрецедентный случай – вторжение сторонников Трампа в здание Конгресса – доказал несостоятельность политического течения, которое пытается дистанцироваться от общества в целом.

Трагедия и фарс. В среду в Вашингтоне, возле Капитолия, весь мир наблюдал за обоими этими представлениями. Штурм здания парламента в стране, которая позиционирует себя как «крупнейшая в мире демократия», привёл к гибели людей. Зато опереточные путчисты, которые вели себя то разнузданно, то дерзко, сделали десятки селфи, позируя для вечности. Эта группа людей, озлобленных и не успевших подготовиться к выступлению протеста, сумела на целый день приостановить политические процессы, но тем самым лишь отсрочила вынесение решения. Вскоре всё пошло своим чередом: 7 января Конгресс утвердил избрание Джо Байдена президентом. А Дональд Трамп был вынужден пообещать, что передаст власть «в установленном порядке».

1. Беспрецедентное посягательство на законодательную власть.

Красно-белая символика незваных гостей, явившихся в Капитолий, напомнила о событиях 1814 года, единственном подобном случае, когда он был взят штурмом в ходе второй англо-американской войны . 6 января 2021 года в здание Конгресса ворвалась группа радикально настроенных сторонников Трампа. Предыстория вторжения началась несколькими часами ранее, на митинге, в очередной раз организованном Дональдом Трампом. На нём он вновь выразил недовольство тем, что из-за «массовых фальсификаций» у него «украли» победу, хотя, несмотря на полсотни исков, поданных в суды по этому поводу, доказать это так и не удалось. Но толпа, собравшаяся вокруг него, верит ему на слово. «Мы никогда не отступим. Мы никогда не признаем поражение!» – провозгласил он и призвал своих сторонников направиться к Капитолию. Наиболее экзальтированные участники митинга восприняли его слова буквально. У здания Конгресса они столкнулись с бойцами службы безопасности, на этот раз очень немногочисленными. Сразу же стало очевидно, что нескольким сотрудникам полиции при Капитолии, подчиняющейся федеральному правительству, не справиться с протестующими. Национальную гвардию, которая принимает участие в подавлении любых антирасистских выступлений, на этот раз не стали вызывать для восстановления общественного порядка. Некоторые горе-путчисты вошли в здание через центральный вход, а остальные принялись бить оконные стёкла, чтобы проникнуть внутрь.

Находившиеся в здании политики, в том числе вице-президент Майк Пенс, были немедленно вывезены в безопасное место. Несколько картин произошедшего, запечатлённых на камеру, войдут в учебники истории: Джек Анджели (теперь мы знаем его имя) в меховой шапке с рогами, с улыбкой восседающий в кресле главы Сената, один из его соратников, положивший ноги на стол политика-демократа Нэнси Пелоси, спикера Палаты представителей, сотрудники службы безопасности в штатском, с оружием в руках защищающие вход в зал заседаний, и шкаф, прислонённый к дверям, как последняя защита от вторжения.

Ночью действовал комендантский час, действия протестующих подверглись единодушному осуждению, а утром 7 января процедура утверждения Джо Байдена президентом США продолжилась своим чередом. «Эти трагические события напоминают нам о том, что слова имеют значение, и от сказанного порой зависит жизнь или смерть», – заявил по окончании «церемонии» капеллан Сената Барри Блэк, явно намекая на Дональда Трампа. Действующий президент выступил с обращением, в котором так и не признал своё поражение, но пообещал в установленное время освободить место для своего преемника.

2. Трампизм с замашками на восстание.

История не забудет, как политик, который хотел «вернуть Америке былое величие», инициировал посягательство на то, что для подавляющего большинства американцев является святыней.

Штурм, спланированный заранее или организованный спонтанно (что будет выясняться в ходе расследования), нельзя расценивать как «случайное событие». Да и трампизм как таковой тоже далеко не случаен. Это явление служит одновременно следствием и катализатором отклонения Республиканской партии от привычного курса, которое наблюдается на протяжении почти пятидесяти лет. Ещё во времена Никсона эта партия, которая при Эйзенхауэре присоединилась к консенсусу по поводу «Нового курса» Рузвельта, начала склоняться вправо.

С момента подписания закона о гражданских правах «стратегия Юга» была направлена на то, чтобы привлечь избирателей из числа демократов-расистов и сторонников сегрегации в южных штатах, и одновременно начать пересмотр достижений «Нового курса». Двумя столпами «консервативной революции» стали неолиберализм и новый сегрегационизм. Рональд Рейган также следовал этому новому правилу GOP («Великой старой партии», как иногда называют республиканцев). «Рейганомика» оказала существенное влияние на деятельность партии, заметными направлениями которой стали ужесточение борьбы с наркотиками – показной кампанией, за которой скрывалась политика дискриминации в отношении афроамериканцев – она достигла своей кульминации в законе 1994 года о преступности, поддержанном Биллом Клинтоном и… Джо Байденом.

Дональд Трамп действовал в том же духе: он резко осуждал иммиграцию из стран Латинской Америки – одно из наиболее значительных явлений 1980-х – 1990-х годов. На фоне того, как значительная часть общества выражала всё более негативное отношение к последствиям свободной торговли, а резкое углубление неравенства, начавшееся в 1970-х годах, постепенно вело к размежеванию, он добавил нотки суверенности к своей риторике. Особенность так называемого трампизма состоит в том, что ему удалось создать официальный альянс добропорядочного республиканского истэблишмента с бесчисленным множеством националистических отрядов и объединений, ратующих за нативизм и расовое превосходство. При этом трамписты утвердили закон о массовом снижении налогов на самых богатых граждан. А потом, на следующий день, они отказались осудить тех, кто устроил кровавые беспорядки в Шарлоттсвиле под лозунгом превосходства белой расы.

Сегодня эти люди отменяют экологические и социальные регламенты, а завтра просят активистов из Proud Boys быть наготове. Республиканцы из влиятельных «country club» часто краснели, но никогда не выходили из игры. В конечном счёте Трамп обеспечил им победу на президентских выборах в 2016 году и проводил, хоть и не без чудачеств и отклонений, политику именно в их интересах. Но, как говорится, «важно не подпрыгнуть, а приземлиться». Для многих республиканцев приземление состоялось 6 января 2021 года.

3. Республиканская партия на грани раскола.

Ещё до этого невероятного вторжения в парламент признаки разногласий в Республиканской партии, с 2016 года находящейся под сильным влиянием Трампа, транслировались в прямом эфире по всем телеканалам: тогда, когда начиналось заседание Конгресса, посвящённое утверждению итогов голосования. Камнем преткновения послужил вопрос о том, следует ли одобрять все стратегические шаги Дональда Трампа – не только его отказ признать итоги выборов 3 ноября, но и использование любых средств, в том числе незаконных, чтобы добиться объявления их недействительными? В ходе обсуждений с интервалом в несколько минут два лидера правых высказали две диаметрально противоположных точки зрения. Глава республиканцев в Сенате, «рабочая лошадка» в период правления Трампа Митч Макконнелл смотрит на вещи реально, поэтому отказался поддерживать своего бывшего лидера в его движении к пропасти. Зато кандидат от евангелистов на праймериз 2016 года Тэд Крус, в то время бывший непримиримым противником миллиардера, теперь охотно начал рассуждать о «массовых фальсификациях» и попранной демократии. Через несколько минут полемика разгорелась с новой силой. И тут сторонники Трампа ворвались в здание Конгресса. Никогда ещё действия Дональда Трампа не давали повод для столь единодушной и резкой критики со стороны высших чиновников в партии республиканцев, в том числе и действующего вице-президента Майка Пенса. И действительно, зачем им теперь глава государства, потерпевший поражение от Джо Байдена? Однако республиканским элитам нужно и дальше «контролировать» электорат Трампа.

По данным последнего опроса, 20 % американцев одобряют штурм Капитолия. Это примерно каждый второй избиратель республиканцев. В верхней части пирамиды разделение на две части прослеживается столь же отчётливо: более половины представителей республиканцев отказались утверждать результаты выборов – такого в истории страны ещё не было. Неужели у партии Линкольна нет других вариантов, кроме примирения по расчёту, затяжных распрей или даже раскола? Несомненно одно: если 20 января Дональд Трамп и передаст власть, то, пользуясь поддержкой 74 миллионов избирателей, всё равно продолжит влиять на политическую жизнь в стране в качестве лидера новой партии, во главе телеканала или как «ниспосланный свыше» пророк.

4. Возвращение к «нормальной жизни» произойдёт?

Сообщив о своей готовности «передать власть в установленном порядке», поверженный президент, в сущности, смирился со сложившейся ситуацией: поскольку Конгресс утвердил результаты голосования коллегии выборщиков, в его распоряжении уже не осталось никаких политических и формальных рычагов воздействия. Последней возможностью было использование силы. Когда дело касается Дональда Трампа, ничего нельзя исключать. Но по реакции американского общества заметно, что за долгие годы истории у него выработался достаточно сильный иммунитет, позволяющий подавить всяческие попытки устроить бунт. Значит ли это, что события 6 января можно считать лишь эпизодом, преходящим кошмаром? То, что произошло в высших эшелонах государственной власти, следует расценивать как общий симптом, показательный для страны, которая, если не обращать внимание на более или менее умиротворяющие экономические показатели, чувствует себя всё хуже и хуже: «ожесточение» общества (разрыв социального договора, резкое увеличение капиталов у миллиардеров, неравенство, ужасающее влияние пандемии коронавируса на небогатые социальные категории, в первую очередь на афроамериканцев и выходцев из Латинской Америки), поляризация идеологических и политических воззрений в стране, история которой всегда отличалась жестокостью, посягательства на демократию (избирательные чистки, неприкосновенность лоббистов и нарастающее влияние денег). Лечить этот недуг предстоит Джо Байдену. Он может опираться на большинство, хотя и незначительное, своих сторонников в обеих палатах Конгресса. В своём торжественном обращении, прозвучавшем вечером 6 января, он проявил себя достойным новой должности, когда вынудил Дональда Трампа призвать разрозненные группы его сторонников убраться восвояси. Но после 20 января одних только слов ему будет недостаточно.

Опубликовано 08/01/2021

На ту же тему

Метро на изношенных рельсах Франсафрики
Укольчик для улучшения памяти от медработников
«Agent orange»: военное преступление американцев судят во...
Уход Дональда Трампа Пекин отметил санкциями