Сторонники Макрона отступают, но не отзывают закон

Главы групп парламентского большинства после совещания в Елисейском дворце 30 ноября объявили прессе о том, что ст. 24 закона о безопасности будет переработана. Правда, никаких обещаний того, меры, которые она содержит, будут отменены.
Главы групп парламентского большинства после совещания в Елисейском дворце 30 ноября объявили прессе о том, что ст. 24 закона о безопасности будет переработана. Правда, никаких обещаний того, меры, которые она содержит, будут отменены.

Под давлением массовых протестов авторы антидемократического «закона о глобальной безопасности» объявили, что их «неправильно поняли» и закон будет доработан. Широкая коалиция профсоюзов, журналистов и гражданских активистов, выведшая недавно пол-миллиона человек, считает, что это позитивный знак, однако закон должен быть не «доработан» в деталях, а полностью отозван. Тем более, что ни сроки, ни авторы, ни регламент этой «доработки» так и не были названы.

Впрочем, это не единственный законопроект, ознаменовавший авторитарный крен Макрона.

Главы групп парламентского большинства после совещания в Елисейском дворце 30 ноября объявили прессе о том, что ст. 24 закона о безопасности будет переработана. Правда, никаких обещаний того, меры, которые она содержит, будут отменены.

В рядах сторонников Макрона в понедельник имел место явный ажиотаж. В субботу 28 ноября пол-миллиона человек вышли на санкционированную демонстрацию в поддержку свободы слова и против полицейского насилия, которое вводится принятым в парламенте законом о «глобальной безопасности». В свете массовых протестов правительство оказалось в затруднительном положении и решило созвать пресс-конференцию. «Мы ничего не будет отзывать и не будем откладывать рассмотрение». По словам депутатов, раскритикованная ст. 24 будет просто «переработана». Нынешний председатель парламентской группы «Вперёд, Республика!» (LaREM), бывший министр внутренних дел Кристоф Кастанер объявил, что будет изменена только формулировка о распространении видео с полицейскими, содержащаяся в законопроекте, принятом на прошлой неделе Национальной ассамблеей. Кастанер выразил сожаление о том, что текст статьи был «неправильно понят». То есть журналисты, их профсоюзы, правозащитные организации, как и все те граждане, которые вышли на улицы в выходные несмотря на пандемию, просто не так поняли намерения законотворцев. «Мы ни в коем случае не хотим никому запрещать снимать сотрудников сил правопорядка при исполнении ими служебных обязанностей», также не хотим ни «запрещать распространение этих видео в соцсетях», ни «обязывать журналистов и граждан затушёвывать лица полицейских на фото», ни «требовать у журналистов аккредитации на демонстрацию». Этими  словами Кастанер противоречит заявлениям своего преемника в МВД Жеральда  Дарманена. 

Эммануэль Макрон дал знать, что он берёт дело в свои руки и пригласил в Елисейский дворец премьер-министра Жана Кастекса, министра внутренних дел Жеральда Дарманена и министра юстиции Эрика Дюпон-Моретти, а также глав самых крупных парламентских групп. «Как президент Республики я являюсь гарантом союза свободы и порядка, и я не хочу вставать на чью-либо сторону», так передаёт слова президента издание Le Figaro. Источник, присутствовавший на этой встрече, знакомит нас с реакцией главы государства на критику его за авторитаризм. «Отсутствие свободы – это не про нас», – якобы заявил он, попеняв участникам встречи на то, что они поставили его в положение, «которого можно было бы избежать».

Сразу после встречи три председателя парламентских групп, близких к Макрону, вместе с докладчиками текста законопроекта, Жан-Мишелем Фовергом и Алис Туро, срочно созвали пресс-конференцию. Первая попытка замять ситуацию, предложенная на прошлой неделе правительством, не имела успеха: идея о созыве «независимой комиссии» для редактуры ст. 24 без участия Парламента была встречена возмущением. 

«Мы сегодня же приступаем к работе, чтобы предложить новую, расширенную версию» статьи, объявил прессе Кристоф Кастанер. Но понимания о её содержании и форме нет. «Правительство будет определять, какое законодательное решение наилучшее», – добавил депутат, не раскрыв выбранных графика и порядка работы парламентариев. Но Алис Туро уточнила, что «переработкой» статьи займутся совместно три группы правящего большинства и правительство. Таким образом Матиньонский дворец намерен самым прямым образом вмешиваться в ситуацию. Однако не все задействованные в этом процессе лица едины во мнении. Председатель законодательной комиссии Яэль Браун-Пиве сочла, что текст закона пора представить на изучение и голосование в Сенате в январе, после чего можно будет ставить вопрос о создании паритетной смешанной комиссии, и тогда правящее большинство как раз «может представить» свою редакцию. Но председатель группы Agir Оливье Бешт позже добавил: «ничего не мешает нам включить новую редакцию в новый текст закона». Ничего не понятно, и в общем-то, ещё ничего не решено. Так что возникает вопрос, что собственно сторонники Макрона хотят менять в тексте, если они ещё не понимают, что в нём не так.

Самому Кристофу Кастанеру текст проекта в целом нравится. Он расхваливал новый «континуум безопасности», несмотря на то, что он невозможен при передаче функций полиции в частные руки и при повсеместном использовании беспилотников слежения, что подразумевается законопроектом. Насчёт ст. 24 он придерживается мнения, что все поняли её содержание по-разному. Поэтому, в виду расхождений в её трактовке гражданами, он предлагает статью переписать. «Нужно уметь признавать свою неправоту», – поддержал его Патрик Минёла, тоже считающий этот закон хорошим и думающий, что он должен быть «вынесен на голосование в версии, исключающей разночтения». Хорошо, а как тогда понимать слова Кастанера о том, что «ст. 24 никак бы не повлияла на распространение видео с Мишелем Зеклером», где его избивают полицейские?

Да, Жеральд Дарманен, отстаивая статус-кво перед президентом, не убедил представителей парламентского большинства в своей правоте. Но и те из них, кто добивался изъятия статьи, тоже. Зато несколькими часами ранее министр по связям премьера с парламентом Марк Фено уже подготовил почву на тот крайний случай, если придётся отступать. На вопрос радио France Inter о ст. 25 закона об «усилении республиканских принципов» (ранее «о борьбе с сепаратизмом»), в котором практически повторяются определения ст. 24 закона о «глобальной безопасности», он признал, что, возможно, это один из путей внедрения данной меры, если закон о безопасности всё-таки не будет принят, потому что, по сути, их тексты продвигают одну и ту же идею. «Статья 24 соотносится с законом 1881 года, а статья 25 – с Уголовным кодексом», – уточнил он. Фено не упомянул о том, что его коллега Эрик Дюпон-Моретти думал сначала изменить закон о свободе прессы, но потом пошёл на попятную.

Противники законопроекта отреагировали незамедлительно. «Это шаг назад», – отозвался Фабьен Руссель, генеральный секретарь ФКП (Французская коммунистическая партия), потребовав «изъятия этой статьи и всего закона о глобальной безопасности и поддержки государственной и демократической полиции, стоящей на службе общества». Глава движения «Франция непокорённая» (FI) Жан-Люк Меланшон тут же сказал, что «настоящая» переработка ст. 24 – это полный отказ от «закона о глобальной безопасности», являющегося сползанием в авторитаризм, чего допускать никак нельзя. 

«Сегодняшние события показывают, что наше дело правое и что нужно идти этим путём», – считает Эммануэль Вир, член координационной группы против законопроекта. Генеральный секретарь профсоюза журналистов в ВКТ (Всеобщая конфедерация труда) утверждает: «Мы не можем на этом останавливаться. Задача координационной группы – изъятие ст. 21, 22 и 24», плюс самой концепции работы правоохранительных органов в стране. Все понимают, что сторонники Макрона придерживаются другой точки зрения. 

Орельен Сушейр, Жюлия Амлауи

Опубликовано 01/12/2020

На ту же тему

Хитрые планы увольнений в компании IBM
Свободы граждан в железной перчатке Макроновского режима
Китайский способ приструнить интернет-гигантов
Открытие архивов и обещание, не выполненное Эммануэлем...