Полумеры Министерства здравоохранения

Согласно опубликованным в этот вторник итогам обсуждения, из трёх основных требований медработников реализовать, похоже, собираются только повышение заработной платы. Большинство представителей медработников разочарованы.
Согласно опубликованным в этот вторник итогам обсуждения, из трёх основных требований медработников реализовать, похоже, собираются только повышение заработной платы. Большинство представителей медработников разочарованы.

Когда Франция столкнулась с пандемией, то выяснилось, что ни людей, ни мощностей в системе здравоохранения не хватает. В первую очередь из-за того, что их все последние годы осознанно сокращали (не только сокращали медиков, койкоместа и больницы, но даже стратегический запас масок был списан почти на ¾ при предыдущем министре).

На оставшихся врачей и медсестёр, получающих зарплату ниже средней по странам ОЭСР, свалилась сверхнагрузка. Не хватало ничего, даже тех самых масок, ни для пациентов, ни для самих медиков.

Когда первая волна пандемии спала, профсоюзы медиков потребовали увеличения зарплат, дополнительного набора на работу и в училища, и развёртывания новых койкомест. Власть сначала назвала их героями и попросила потерпеть, потом приказала полиции их избить, и лишь после этого согласилась выполнить малую часть требований.

Согласно опубликованным в этот вторник итогам обсуждения, из трёх основных требований медработников реализовать, похоже, собираются только повышение заработной платы. Большинство представителей медработников разочарованы.

За полтора года протестного движения, которое началось с отделений скорой медицинской помощи и потом охватило все государственные больницы, требования, выдвинутые медработниками, приобрели более острый характер. Всеобщая мобилизация врачей и персонала больниц по случаю эпидемии COVID-19 привела к появлению таких чётких и кратких формулировок, что их можно писать на шпаргалке. Первое: повышение ежемесячной заработной платы на 300 евро всему медицинскому персоналу и перерасчёт с пересмотром сроков выплаты зарплат врачей, работающих в больничных учреждениях (в начале карьеры 4 500 евро, в конце – не менее 10 000 евро), чтобы должностные оклады достигли средней величины вознаграждения медработников в других странах ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития). Второе: 100 000 дополнительных рабочих мест в больницах и 200 000 – в домах престарелых и других социально-медицинских учреждениях. Третье: отказ от закрытия медицинских кабинетов и обеспечение прежней пропускной способности, сокращенной за последние 10 лет на 100 000 койко-мест. Требования были просты. Но судя по итоговому документу Министерства здравоохранения Франции, опубликованному в этот вторник Оливье Вераном, большая часть требований так и не была услышана. «Разумеется, все понимают, что система здравоохранения сейчас в кризисе в связи с COVID-19. Но нужно также понимать и то, что, если бы мы не боролись, мы бы не получили даже столь малых уступок. Хотя полученные достижения мизерны», – резюмирует президент Национального объединения комитетов по защите районных больниц и родильных домов Мишель Лефлон. Не удовлетворена и представительница работников здравоохранения Всеобщей конфедерации труда (ВКТ) Мирей Стивала: «В целом, эти заявления не оправдывают наших ожиданий: правительство так и не перешло к решительным мерам и не отказывается от своей жёсткой политики. Мы будем очень внимательно следить за соблюдением этих обязательств в рамках исполнения закона о финансировании системы государственного социального обеспечения».

1. Министерство здравоохранения – это машина, перемалывающая социальные требования.

Уже то, как проходили эти переговоры, – в авральном режиме в течение полутора месяцев, напоминая выполнения правил этикета на светском приёме, – не обещало существенного успеха. Дело в том, что, несмотря на большое количество участников переговоров (200 человек), среди них не было наиболее активных представителей общественного движения из ассоциаций коллективов сестринского и другого медперсонала «Inter-Urgences» и «Inter-Blocs». Их не пригласили, чтобы не привлекать внимание к тому, насколько мало медсестры и санитары представлены по сравнению с объединениями других медработников. А некоторые из них – самые строптивые – были выпровожены в самый последний момент. Дискуссия строилась вокруг основных четырёх тем, что давало возможность обойти ряд проблемных вопросов. Не говоря уже об организационных накладках в расписании, вызванных сменой премьер-министра, который первым делом занялся решением проблем с местными депутатами, а не с медработниками.

В течение первых пяти недель участники общались только с бывшим генеральным секретарём профсоюза CFDT Николь Нота, чья кандидатура не была одобрена всеми протестующими медработниками. Министр здравоохранения в самый последний момент прямо сказал о готовящихся мерах, для осуществления которых будет произведён небольшой бюджетный манёвр. Также он повторял перед участниками встречи прежнюю мантру о том, что «… приведённые факты не новы. Закон, который относится к программе «Моё здоровье-2022», не утратил свою силу. Изменения будут идти во всех необходимых сферах ускоренными темпами». Перемен сейчас не будет.

2. Минимальное увеличение заработной платы.

Перерасчёт, который требуют медицинские работники, не имеющие высшего медицинского образования, должен равняться 9 млрд евро ежегодно. Перерасчёт для врачей больниц оценивается приблизительно в 7 млрд. По завершении переговоров правительство согласилось выделить общую сумму в 8,2 миллиарда. То есть 7,6 миллиардов для первых, включая ежемесячную прибавку в размере 183 евро за вычетом налогов, повышение престижности профессии и 15 000 новых рабочих мест. И 450 миллионов для вторых в дополнение к 200 миллионам, предназначенным для возмещения расходов интернам и экстернам. Большинство профсоюзных организаций (FO, CFTD и Unsa для вспомогательного медицинского персонала, INPH, Snam-HP и CMH, объединяющие врачей) всё-таки решилось подписать соглашение, действовали они в логике «лучше синица в руках, чем журавль в небе». «Делеко не все готовы пожертвовать многим для достижения лучшего, – сокрушается так и не подписавший итоговый документ вице-президент ассоциации практикующих больничных врачей («Action praticien hôpital») Франсуа Сибьен. – Мы бы могли вернуть зарплаты медсестёр на уровень средних зарплат во Франции или в других европейских странах. Но Франция, в отличие от других стран, этого не делает. А как мы будем повышать привлекательность работы в государственных больницах, если начинающие молодые врачи после восьми лет учёбы получают в них 3 500 евро в месяц, в то время как в частных клиниках им предлагают от 10 000 до 15 000 евро?»

3. Увеличение количества рабочих мест – профанация.

Количество мест для приёма студентов в средних медицинских училищах должно увеличиться к сентябрю 2021 года от 5 до 10 %, на курсах для сиделок – в два раза, а для сестринского персонала планируется 15 000 дополнительных рабочих мест. Но, по мнению представителя Французской ассоциации врачей скорой медицинской помощи (Amuf) Кристофа Прюдома, предлагаемых Оливье Вераном мер всё же недостаточно. «Гора родила мышь. Когда речь идёт о социально-медицинских учреждениях, министр ссылается на закон об автономии, которого мы длём уже два года. Также ждём удовлетворения нашего требования о создании 200 000 новых рабочих мест. Власть отчитывается 15 000 созданными рабочими местами, но на самом деле их только 7 500, так в эту цифру включают 7 500 уже заложенных в бюджете мест». Нет никакой уверенности в том, что пересмотр заработных плат, на который согласилось правительство, сделает более привлекательной работу в государственных больницах. Тем более что трудоёмкость медицинских профессий с учётом начисления пенсий, никогда не рассматривалась в ходе переговоров в Минздраве.

4. Увеличение финансирования не приведёт к большим изменениям.

Сэкономленные за десять лет в больницах 11,7 миллиарда евро были обложены налогами. За 20 лет было сокращено 100 000 койко-мест и 95 отделений скорой медицинской помощи. В качестве замены Оливье Веран заявляет о создании 4 000 койко-мест, по отношению к которым « (он) использует формулировку «в случае необходимости» – в зависимости от сезонной потребности». «Эти 4 000 койко-мест даже не компенсируют сокращение койко-мест при Макроне», – отмечает Кристоф Прюдом.

Однако министр здравоохранения убеждён что ситуация с финансированием изменится в лучшую сторону. Для «коренных перемен повседневной жизни» планируется инвестировать девятнадцать миллиардов. То есть 13 миллиардов в счёт погашения долгов, о которых говорилось год назад, и 6 миллиардов инвестиций для ремонта и модернизации зданий и оборудования в больницах и социально-медицинских учреждениях. «Нам также обещают льготные расценки в зависимости от региона (T2A) и новые механизмы финансирования в рамках «Ondam» (objectif national des dépenses de l’assurance-maladie – Национальная целевая программа пересмотра расходов в области медицинского страхования), – говорит Кристоф Прюдом. – Но «Ondam» всё ещё действует в прежнем виде, представляя собой закрытую систему финансирования, которая привела к тому, что у системы здравоохранения нет средств для того, чтобы справиться с потребностями, что приводит к дефициту и долгам». «Пока мы не отменим этот «Ondam», ситуация не изменится. Пока мы не будем учитывать затраты, которых можно было бы избежать при надлежащей госпитализации, мы так и будем топтаться на месте», – добавляет доктор Сибьен.

5. Мнимые и настоящие перемены в управлении.

Закон 2009 года «Больница, пациенты, здоровье и территории» (HPST) наделил большими полномочиями директоров учреждений. Оливье Веран ставит себе цель восстановить равновесие в отношениях между сестринским персоналом и управленцами в пользу первых, усиливая их роль в консультативных учреждениях и в принятии решений. Поэтому он возвращается к рекомендациям профессора Клариса, которые тот приводил в отчёте об управлении больницей. «В этом отчёте есть очень слабое место. Его авторы делают свои выводы на основе пересмотра опыта, приобретённого в действующих управлениях учреждений. Все эти люди сказали, что всё было просто отлично», – заметил недавно президент Национального совета профессиональных анестезиологов и реаниматологов Лоран Эйе.

Оливье Веран также намеревается вернуть полномочия «местным депутатам» – в рамках целевой программы поддержки местного здравоохранения, связанной с региональными агентствами здравоохранения, потребовавших усиления роли учреждений в департаментах, чтобы лучше соответствовать потребностям. Доказательством этого намерения служит то, что вместо «Copermo» (Comité Interministériel de Performance et de la Modernisation de l’Offre de Soins – Межминистерского комитета по повышению эффективности и модернизации медицинских услуг), – зловещая аббревиатура, обозначающая технократические учреждения, которые дистанционно инструктировали из Министерства экономики по вопросам закрытия больниц, – создали другие органы как на общегосударственном, так и на местном уровнях по вопросам инвестиций в систему здравоохранения. Вот только состоять в них будут всё те же депутаты. А на местах будут продолжать экспериментировать. «Что касается вопроса о доступности медицинских учреждений, то министр территориального единства подразумевает, что органы местного самоуправления могли бы внести свой вклад в финансирование доступности медицинских услуг. Это вызывает тревогу в отношении равенства при доступности медицинских услуг в зависимости от регионов», – замечает президент Национального объединения комитетов по защите районных больниц и родильных домов Мишель Лефлон.

Опубликовано 22/07/2020

На ту же тему

Министр финансов Германии и финансовые скандалы
Правительство отчитывается о своих действиях в период...
Приостановлены испытания вакцины от коронавируса
Отделится ли Новая Каледония от Франции?