Элизабет Уоррен и Берни Сандерс – соратники на левом фланге, соперники по существу

После кризиса 2008 года позиции демократического электората резко сместились влево - редкий случай в американской истории. Сегодня, когда стартуют праймериз Демократической партии, два её кандидата – Элизабет Уоррен и Берни Сандерс – сплотились для отстаивания своих прогрессистских идей, несмотря на соперничество и различия во взглядах.
После кризиса 2008 года позиции демократического электората резко сместились влево - редкий случай в американской истории. Сегодня, когда стартуют праймериз Демократической партии, два её кандидата – Элизабет Уоррен и Берни Сандерс – сплотились для отстаивания своих прогрессистских идей, несмотря на соперничество и различия во взглядах.

После кризиса 2008 года позиции демократического электората резко сместились влево – редкий случай в американской истории. Сегодня, когда стартуют праймериз Демократической партии, два её кандидата – Элизабет Уоррен и Берни Сандерс – сплотились для отстаивания своих прогрессистских идей, несмотря на соперничество и различия во взглядах.

С точки зрения демократической элиты, левые напоминают гидру. Когда в 2016 году Хиллари Клинтон одержала победу над Берни Сандерсом, социал-либералы были уверены, что выиграли эту партию. Но, невзирая на поражение, четыре года спустя левые воскресли, обретя сразу двух лидеров – Берни Сандерса, по-прежнему остающегося в политике, несмотря на почтенный возраст (78 лет) и перенесённый сердечный приступ, и 70-летнюю Элизабет Уоррен.

Популярность их предвыборных программ свидетельствует о том, что после кризиса 2008 года позиции демократического электората сместились влево, а с победой Дональда Трампа эта тенденция только усилилась. Оба кандидата заявляют о необходимости создания государственной системы здравоохранения (Medicare for All) и отмены частных страховок; оба выступают за «МРОТ» в размере 15 долларов в час; оба ратуют за отмену студенческих задолженностей и бесплатное высшее образование. Разногласия между ними носят скорее количественный, чем содержательный характер.

В вопросах налоговой реформы сенатор от штата Массачусетс проявляет большую решимость, чем её коллега из Вермонта. Основываясь на идеях французских экономистов Эммануэля Саэ и Габриэля Зюкмана, она предлагает ежегодно взимать налог в размере 2 % с капитала свыше 50 миллионов долларов и 3 % – с капитала, сумма которого превышает 1 миллиард долларов. Это то, что во Франции назвали бы налогом на состояние.

Социализм против кейнсианства.

«Я вижу только одно существенное различие между ними, оно касается отношения к климатическим изменениям, – рассуждает Джон Мейсон, профессор политологии университета Уильяма-Паттерсона (штат Нью-Джерси). – Сандерс действительно осознаёт масштаб угрозы и потому настаивает на «новом экологическом курсе». Есть также ряд нюансов в вопросе об общедоступном медицинском обслуживании: Сандерс выступает за увеличение налоговой нагрузки на всех, а Уоррен с этим не согласна, за что и поплатилась снижением рейтинга в предвыборных опросах». «Различается только их риторика при обсуждении всех этих тем, – продолжает профессор. – Сандерс ведёт наступление на класс миллиардеров и критикует капитализм. Уоррен бьёт по тем же мишеням, но говорит о коррупции в системе и заявляет о своей приверженности капитализму». На этот нюанс обращает внимание и Корантен Селлен, преподаватель истории на подготовительных курсах в вузы: «С одной стороны, мы видим левых социалистов, порвавших с капиталистическими ценностями, и их представителя Берни Сандерса, который отказывается получать пожертвования от крупных спонсоров и объединяет вокруг себя все радикальные общественные течения левого толка в союзе с Александрией Окасио-Кортес. С другой стороны мы видим левых последователи кейнсианства и политики Рузвельта, лидер которых Элизабет Уоррен не отвергает капитализм как таковой, а настаивает на возвращении к более эффективной его разновидности, развивавшейся в 1930-х–1970-х годах».

Пакт о ненападении.

Самый разительный контраст заключается не столько в сути, сколько в предлагаемой «методике» государственного руководства. «У меня есть план», – сообщает Элизабет Уоррен каждый раз, когда речь заходит об очередной проблеме. «Нам нужна политическая революция», – с 2016 года

утверждает Берни Сандерс. В статье, опубликованной в британской ежедневной газете The Guardian, Бхаскар Сункара, основатель марксистского издания Jacobin, поддерживающего Сандерса, подчёркивает это принципиальное различие: «Источником перемен станут не ответственные политические решения и не тщательно продуманные планы. Им станут выступления людей на улицах, на рабочих местах, в городских кварталах. Сандерс – единственный, кто может создать для этого условия. (…) Элизабет Уоррен как прогрессистка способна занять важное место в широкой коалиции сторонников перемен, но для того чтобы возглавить такую коалицию, нам нужен социалист демократического толка».

Два левых кандидата дополняют друг друга даже в социологическом плане. Сторонники Уоррен – это «новая мелкая буржуазия из кругов интеллигенции», полагает Джон Мейсон. «Электорат Сандерса частично совпадает с избирательной базой Уоррен, но этот кандидат способен также повести за собой рабочих, и не только белых», – добавляет он.

Но сможет ли этот тандем сохранить устойчивость сейчас, когда праймериз вступают в самую бурную фазу на финишной прямой перед голосованием? Между двумя партиями негласно заключён пакт о ненападении. Он был в некотором смысле нарушен в середине января, когда в ходе дебатов Элизабет Уоррен заявила, что в 2018 году её коллега по работе в верхней палате Парламента в частной беседе выразил мнение, что на ближайших президентских выборах женщина не сможет одержать победу в поединке с Дональдом Трампом. В конце дебатов тон беседы между двумя друзьями стал холодным и напряжённым, но в последующие дни всё вернулось на круги своя.

Союзники по стратегии и соперники по существу. Ведь на пост президента может претендовать лишь один из них. С августа по октябрь 2019 года в опросах лидировала сенатор от штата Массачусетс, затем её рейтинги резко пошли вниз, но Сандерс, похоже, слабо этим воспользовался. Только в начале 2020 года кандидатура политика, приближающегося к восьмидесятилетнему рубежу, наверстала отставание в социологических опросах по всей стране, и показатели Сандерса приблизились к рейтингам Джо Байдена – фаворита элиты, вице-президента США во времена Барака Обамы. Берни Сандерс оказался в выгодной позиции на старте предвыборной кампании в двух штатах, которые первыми включились в неё, – Айова (3 февраля) и в Нью-Гемпшир (11 февраля). Социологи и наблюдатели не сомневаются, праймериз превратятся в жёсткую дуэль.

Они нужны друг другу.

Сторонники Сандерса обеспокоены, но надеются, что рейтинг Уоррен будет достаточно высок. Своё видение ситуации излагает глава регионального предвыборного штаба Сандерса: «Мы не хотим, чтобы Уоррен получила слишком мало голосов. Важно, чтобы рейтинг её поддержки составил не менее 15 %, иначе она не сможет иметь своих выборщиков». Сандерс понимает, что выборщики Уоррен понадобятся ему на съезде Демократической партии, который состоится в июле в Милуоки (штат Висконсин). Уже очевидно, что ни один из кандидатов в одиночку не сможет преодолеть планку в 50 %. На этом съезде никто из них не наберёт абсолютного большинства голосов в первом туре, и некоторые наблюдатели строят предположения на грани фантастики: истэблишмент может поддержать Уоррен как «меньшее из зол» по сравнению с Сандерсом. Находясь на финишной прямой, Элизабет Уоррен всячески развивает тезис единения между двумя направлениями, гарантом которого способна стать именно она. Тем временем Сандерс продолжает курс на «политическую революцию» и утверждает, что только народное движение может покончить с демократическим истэблишментом, а затем положить конец правлению Трампа.

Опубликовано в воскресном номере за 06 – 12 февраля 2020 г.

На ту же тему

Бессменный глава российской дипломатии
«Национальное объединение»: красивые лозунги и истинная сущность
Лион: Все на борьбу против пенсионной реформы
Париж: «Нас большинство, но нас не слушают,...