Ноябрь 1938 года – чёрные дни в истории рабочего движения

30 ноября «Всеобщая конфедерация труда» призвала провести протестные забастовки. Правительство жёстко подавило все выступления
30 ноября «Всеобщая конфедерация труда» призвала провести протестные забастовки. Правительство жёстко подавило все выступления

30 ноября «Всеобщая конфедерация труда» призвала провести протестные забастовки. Правительство жёстко подавило все выступления.

Тучи над хрупкой коалицией Народного фронта, пришедшей к власти в мае 1936 г., начали сгущаться уже в феврале 1937 г. Итогом прокатившейся по Франции волны народных выступлений (12 000 забастовок, из них 9 000 сопровождались захватом предприятий) стало временное улучшение жизни и получение некоторых социальных льгот: оплачиваемый отпуск, 40-часовая рабочая неделя, подписание отраслевых соглашений, повышение зарплат и т. п.). 13 февраля 1937 года правительство Блюма объявило о необходимости «паузы» в проведении реформ. Этим решили воспользоваться монополисты и новые объединения работодателей. Новый кабинета министров отказался от проведения глубоких структурных преобразований. «Это было похоже на общественный статус кво, – писал Роже Лине, один из лидеров «Всеобщей конфедерации труда». – Он был выгоден только работодателям, так как позволял им постепенно устранять достигнутые привилегии». Работодатели повсеместно сопротивлялись введению отраслевых соглашений. На многих предприятиях делались попытки отменить 40-часовую рабочую неделю «исходя из соображений производительности труда», а в строительной сфере предприниматели десяткамирасторгали отраслевых соглашений. В долине реки Самбры 10 000 рабочих вынуждены были устроить 42-дневную забастовку для того, чтобы заставить «Объединение металлургических компаний» выполнять условия отраслевого соглашения. На металлургических заводах компании «Pompey» и в Лилле конфликт приобрёл затяжной характер: столкновения рабочих с полицейскими, а также нападки на профсоюзы продолжались 52 дня.

Постепенно возникали противоречия и между отдельными течениями внутри Народного фронта. Наиболее острые разногласия вызвали вопрос отношения к войне в Испании и позиция Леона Блюма, который настаивал на невмешательстве в боевые действия. Коммунистическая партия Франции оказывала содействие в создании международных бригад для поддержки республиканской армии. 25 сентября 1937 года депутат-коммунист Амбруаз Круаза так прокомментировал отправку на фронт конвоя с медикаментами: «Будущее всего мира решается сегодня в Испании. Мадрид – это Верден будущей свободы. Не отправиться туда – всё равно что своими руками открыть дорогу полчищам нацистов, которые на этом не остановятся».

Между тем к 1938 году внутри страны участились случаи игнорирования полученный в мае социальных завоеваний, улучшающих положение трудящихся. К октябрю правительство Даладье превратилось в жалкое подобие Народного фронта. 12 ноября кабинет министров обнародовал ряд законодательных декретов, которые сразу же получили название «декреты о нищете», поскольку уничтожали всё, что было достигнуто в 1936 г. Они объявляли о снижении зарплат, и без того пострадавших от инфляции, о введении новых пошлин и налогов, а главное – об отмене закона, устанавливавшего 40-часовую рабочую неделю (он был аннулирован как «закон для предателей народа и ленивых»). Отменялись также два выходных в неделю, так как, по словам Даладье, «из-за этой меры у нас такие проблемы в экономике»: «Мы не можем позволить рабочему классу отдыхать два дня в неделю, в то время как работодатели из последних сил пытаются поддержать страну!».

15 ноября Круаза писал: «Безмолвно терпеть весь это шквал указов, ведущих к социальному регрессу, или, оправдываясь трудностями, прогнуться перед работодателями и наедятся на лучшее – незавидный выбор для рабочего движения». Реакция со стороны рабочих не заставила себя ждать. Забастовки прошли на севере страны, в Марселе, в Лионе, в Лотарингии. Кульминационным моментом стал день 24 ноября, когда не выдержали рабочие заводов «Renault». Их выступление в г. Бийянкур было жестоко подавлено, и перед судом предстали 290 рабочих. Руководство компании уволило 28 000 сотрудников, якобы в связи с «разрывом трудового договора». В этой неспокойной обстановке лидеры «Всеобщей конфедерации труда» объявили о проведении всеобщей забастовки в среду, 30 ноября. Правительство немедленно вступило в борьбу. В ход пошло всё: отъём транспорта транспорта, блокирование входов на предприятия вооружёнными отрядами, угрозы увольнения в адрес потенциальных забастовщиков. В Париж и другие крупные города Франции были введены войска. Вооружённые солдаты стояли повсюду: на вокзалах, станциях метро, конечных остановках автобусов. «В провинции и в пригородах, – пишет историк Жан-Марк Гейман, – присутствие полиции выглядело ещё более навязчивым: скопления сил национальной жандармерии, бронированные грузовики, отряды конных солдат, которые стремительно проносились по тротуарам, пугая прохожих». В условиях мощного давления, и несмотря на широкое участие в этих событиях трудящихся из металлургической и горной промышленности и из сферы строительства, рабочим не удалось выступить единым фронтом. Последовала расплата. Даладье сдержал обещание. 1 декабря были уволены 36 000 рабочих предприятий авиационной промышленности и военных заводов, а также 8 000 человек, работавших в химических цехах и автомобилестроении. Более половины из них были активистами «Всеобщей конфедерации труда» … «Хватит этой Варфоломеевской ночи для активистов», –писала газета «La Vie ouvriere» в январе 1939 г. В последующие дни ещё несколько тысяч членов профсоюзов оказались без работы или предстали перед судом. Полгода спустя 40 % из них всё ещё не могли найти работу. Так закончился 1938 г. На свободе был поставлен крест. Хлеб стал горьким. А дальше мы знаем, что произошло…

На ту же тему

Рашида Дати: главное – безопасность
Внутренние распри ослабляют движение «Вперёд, Республика!»
Что сегодня делать тяжело больному перед опасностью...
Флёри-Мерожи. Самоубийство несовершеннолетнего заключённого