УБИЙСТВО МОРИСА ОДЕНА – ГОСУДАРСТВЕННОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ

1951 год. Оден вступил в Коммунистическую партию Алжира, сначала в Союз студентов-коммунистов, а затем, в 1953 году, в алжирскую ячейку
1951 год. Оден вступил в Коммунистическую партию Алжира, сначала в Союз студентов-коммунистов, а затем, в 1953 году, в алжирскую ячейку

События и факты

1948 год. Сын военного отказался от офицерской карьеры и занялся преподаванием математики в Алжире.

1951 год. Оден вступил в Коммунистическую партию Алжира, сначала в Союз студентов-коммунистов, а затем, в 1953 году, в алжирскую ячейку.

Январь 1953 года. Он женится на Жозетт Сампе, которая родит ему троих детей: Мишель (1954), Луи (1955) и Пьер (1957).

7 января 1957 года. Начало битвы за Алжир. 8 января генерал Массю ввёл военное положение.

По официальной версии молодой человек сбежал во время переброски. Тем не менее, как в 1957 году, так и сейчас, никто, за исключением военных и ряда политиков, всерьёз не поддерживает эту версию.

Во время битвы за Алжир французские власти считали, что подпольные активисты Компартии оказывают серьёзную поддержку террористам и Фронту национального освобождения. Морис Оден не занимал высокого положения в иерархической структуре партии. Он был малоизвестен как активист и, в отличие от многих своих товарищей, не ушёл в подполье, сохранив пост младшего преподавателя математики в Алжирском университете. Он собирался защитить диссертацию и мог бы стать одним из самых молодых докторов наук во Франции.

Накануне вечером Оден встретился со своим товарищем Анри Аллегом, в разговоре с которым произнёс: «Мне очень тяжело, Анри».

11 июня 1957 года один из арестованных активистов сломался под пытками и назвал имя Одена. Десантники поспешили к нему домой и арестовали его прямо на глазах у жены и детей. Пленника отправили в специально подготовленное здание в Эль-Биаре. Там начались пытки, причём сразу с «форсированных методов».

Несколько дней спустя, 21 июня, трагедия достигла точки невозврата. Физическая стойкость Мориса Одена и его отвага должны были бы внушить уважение. Но всё вышло с точностью до наоборот: мучители потеряли терпение и, в конечном итоге, убили пленника.

Узнав о смерти Одена, Массю вряд ли ощутил прилив гуманизма. Безусловно, многие алжирцы каждый день встречали подобную судьбу. Однако расправа над молодым преподавателем и отцом семейства, который к тому же не был замечен ни в какой насильственной деятельности, могла наделать шума во Франции. Поэтому необходимо было придумать объяснение. Тогда алжирскими и парижскими политиками была выдвинута версия о «попытке бегства». 1 июля она стала официальной, и остаётся таковой по сей день. Однако эта версия вызвала множество сомнений, посыпались вопросы. Как хлипкий математик мог сбежать от тренированных десантников? Как истощённый пытками молодой человек, который едва стоял на ногах, мог обогнать закалённых в боях солдат? И если ему действительно каким-то чудом удалось это сделать, почему он никак, даже тайно, не связался с родными и близкими? Если его убили, где его тело? Не означает ли отказ военных показать его молчаливое признанию того, что он прошёл через пытки?

Дело получило широкий общественный резонанс во многом благодаря усилиям Жозетт Оден. Она начала работу, как только смогла выйти на связь с внешним миром. Жозетт потребовала отчёта от штаба и подала иск. 13 августа «Le Monde» опубликовал написанное её рукой обвинительное письмо. В начале сентября известный своими антиколониальными взглядами историк Пьер Видаль-Наке связался с Жозетт Оден и предложил сформировать национальный комитет. Комитет был официально создан в ноябре и включал в себя Лорана Шварца, Жана Дреша, Анри-Ирене Марру, Мадлен Реберью и многих других.

В мае 1958 года Видель-Наке выпустил книгу «Дело Одена», представив в ней реконструкцию убийства и детальные доказательства невозможности побега. Никаких опровержений или же обвинений в адрес автора не прозвучало, что было равнозначно признанию вины.

По материалам следствия долгое время считалось, что вина за убийство Одена лежит на лейтенанте Шарбонье. Но в 2012 году журналистка «Le Nouvel Observateur» Натали Фюнес нашла документ, в котором называется имя сержанта Гарсе. В последствии генерал Оссарес (перед смертью) подтвердил эти сведения.

Личность убийцы, безусловно, важный вопрос, однако он отступает на второй план перед лицом следующего факта: невинный человек был убит французским офицером, которого покрывало его руководство и политическая верхушка того времени. Это называется государственным преступлением.

Депутаты Национального Собрания обсудили материалы этого дела на заседании 25 сентября 1957 года. «Я требую, чтобы нам сообщили, при каких обстоятельствах и кем был убит Морис Оден», – потребовал Жак Дюкло. В ответ министр-социалист Робер Лакост заявил следующее: «Вы сказали, что Оден был убит. Что вам об этом известно? Господин Дюкло, хватит заявлять с этой трибуны об убийствах, не представляя никаких доказательств. На нас нет вины за преступления, которых не было!» Однако депутаты-коммунисты настойчиво требовали ответа на вопрос об убийстве Мориса Одена, и  Робер Лакост, в ответ на эту настойчивость, произнёс: «Кто убил Мориса Одена? Это вы – убийцы! Вы убили женщин и детей в Алжире!» Ну и времечко…

На ту же тему

Учителю истории отрезали голову за демонстрацию карикатур...
Во Франции ограничивают свободу слова
COVID-19: наёмные работники устали от санитарного кризиса
Турция ведёт нечестную политическую игру