ОТ ЗАЧИСТКИ ДО ЗАЧИСТКИ, С ОСТАНОВКОЙ В ПАРИЖЕ

В эту пятницу в Париже президенту Турции Реджепу Тайипу Эрдогану приготовлен официальный приём. Что ждут стороны от этой встречи? Помимо вопроса о правах человека, который Эммануэль Макрон, кажется, собирается затронуть, на повестке дня будет стоять обсуждение ситуации в Сирии и Палестине
В эту пятницу в Париже президенту Турции Реджепу Тайипу Эрдогану приготовлен официальный приём. Что ждут стороны от этой встречи? Помимо вопроса о правах человека, который Эммануэль Макрон, кажется, собирается затронуть, на повестке дня будет стоять обсуждение ситуации в Сирии и Палестине

В эту пятницу в Париже президенту Турции Реджепу Тайипу Эрдогану приготовлен официальный приём. Что ждут стороны от этой встречи? Помимо вопроса о правах человека, который Эммануэль Макрон, кажется, собирается затронуть, на повестке дня будет стоять обсуждение ситуации в Сирии и Палестине. Для Эрдогана этот визит – шанс восстановить репутацию международного игрока, без которого на Среднем Востоке не обойтись, и члена НАТО, который повздорил с США, но сумел сделать стратегический ход в сторону России. И всё это на фоне непрекращающихся репрессии в самой Турции. Прибытие Эрдогана накануне дня памяти пятой годовщины убийства в Париже трёх курдских бойцов выглядит как напоминание о прямом участии в тех событиях турецкой разведслужбы МИТ, о чём стало известно в августе 2017 года, когда два агента этой шпионской лаборатории попали в руки бойцов Рабочей партии Курдистана (РКК).

«Франция не должна отказываться от диалога с режимами, которые не разделяют наших ценностей. Я всегда придерживался линии, направленной на защиту наших принципов, свобод и нужд, с одной стороны, и на продолжение диалога, необходимого для получения результатов, – с другой», – так без лишнего риска выразился Эммануэль Макрон два дня назад в обращении к прессе. Верный самому себе и своей базовой аксиоме, согласно которой всё, что он заявляет или предпринимает является новаторством, президент Франции ещё раз выступил вестником новой дипломатии: «Когда осуждаешь чьё-то аморальное поведение, можно замуровать себя в удобном молчании на какое-то время. Ощутимых и требуемых результатов это чаще всего не даёт. Не случайно в последние месяцы (в наших отношениях) с Турцией возник ряд сложностей: были арестованы фоторепортер Матиас Депардон и студент факультета журналистики Лу Бюро». Пусть так! Но зачем заходить так далеко и принимать с государственным визитом турецкого президента? С какой целью?

Рабочее движение под угрозой репрессий

Все помнят о визите Биньямина Нетаньяху в Париж 10 декабря прошлого года. Эммануэль Макрон тогда ни словом не обмолвился о франко-палестинском адвокате Салахе Хамури, упрятанном в тюрьму во время административного ареста. С тех пор в судьбе нашего соотечественника ничто не изменилось. Израильского лидера этот визит не впечатлил, политика Тель-Авива стала ещё более жёсткой. На уважение международного права в ней нет ни малейшего намёка.

Какой резон президенту Турции быть более щепетильным? В международной игре позиционирования «в постигиловский период» новая роль увлекла Эрдогана так, что поменять стратегию его не заставит никто. В этом и состоит главная проблема. После попытки государственного переворота в июле 2016 года волна репрессий в Турции обрушилась на оппозицию, сметая всех, кто думает иначе, а после введения 20 июля 2016 года чрезвычайного положения превратила её в прах. До сих пор более 50 тысяч человек находятся под стражей за предполагаемые связи с организацией Фетхуллаха Гюлена (примерно столько же остаются пока на свободе условно). Председатель турецкого отделения «Amnesty International» Танер Килич уже семь месяцев находится в тюрьме, оторванный от семьи. Турецкое правосудие обвиняет его в терроризме. Репрессиям подверглись и активисты рабочего движения, и профработники (в особенности члены национального профсоюзного объединения «Disk»), и активисты оппозиционной «Демократической партии народов» (ДПН), основных руководителей которой арестовали и бросили в тюрьму. Их ждут десятки лет заключения. Однако, можно предположить, что на переговорах на высшем уровне эти вопросы не будут обсуждаться. Французский президент хочет воспользоваться новой обстановкой, сложившейся на международной арене (разгром ИГ), чтобы сменить внешнеполитическую стратегию, в частности, в сирийском вопросе. После того как военный расклад в Сирии кардинально изменился, непримиримая позиция, которую занимал при Оланде премьер-министр Макрон, стала бесперспективной. К тому же он не мог не заметить, что, несмотря на членство Турции в НАТО, её геополитические разногласия с США и сближение с Россией дают Парижу шанс получить выгоду в сирийской игре: сорвать строительные контракты и выступить посредником в регионе Рожава (Сирийский Курдистан), где работают французские спецподразделения и так называемые «советники».

Турция – рука помощи джихадистам

Ещё больше преимуществ получил Эрдоган после торгов с Евросоюзом по «организации» потока мигрантов, благодаря чему он смог держать в тайне помощь джихадистам всех мастей (в частности, исламского государства), воюющим в Сирии. Турецкая пресса (та, что ещё пишет), ликующая по поводу ареста сотен исламистов на турецкой земле в 2017 году – как трогательно! Если сегодня в Сирии и действуют зоны деэскалации, то только благодаря соглашениям, достигнутым в Астане Россией, Ираном и Турцией. Каждый из них покровительствует разным вооружённым формированиям, но один факт здесь налицо – отсутствие Запада. В таких условиях Эрдоган может на равных обсуждать статус Иерусалима и пойти на переговоры с представителями сирийской власти и оппозиции о будущем политическом урегулировании, которые должны состояться в Женеве, на сей раз под эгидой ООН.

Накануне прибытия Эрдогана в Елисейском дворце не могли сказать, будет ли по окончании встречи пресс-конференция – еще один признак неловкости, вызванной этим визитом.

Оригинал статьи: https://humanite.fr/entre-deux-purges-recep-erdogan-fait-escale-paris-648267

Пьер Барбансэ

На ту же тему

Боливия: Наблюдатели стали мишенью
«Уезжая из Алеппо, я думал, что убегу...
За время пандемии каждый третий француз лишился...
Демократы не хотят управлять