ИСК ПРОТИВ «BNP PARIBAS» О СОУЧАСТИИ В ГЕНОЦИДЕ

Руандийский геноцид 1994 г., когда за 100 дней проправительственным ополчением и просто обычными гражданами из народности хуту было убито более миллиона своих соотечественников из племени тутси действительно был невозможен без привлечения экономических механизмов.
Руандийский геноцид 1994 г., когда за 100 дней проправительственным ополчением и просто обычными гражданами из народности хуту было убито более миллиона своих соотечественников из племени тутси действительно был невозможен без привлечения экономических механизмов.

Автор: Отто Шивуте, историк

Как справедливо замечает автор статьи – «геноцид – это еще и логистика». Руандийский геноцид 1994 г., когда за 100 дней проправительственным ополчением и просто обычными гражданами из народности хуту было убито более миллиона  своих соотечественников из племени тутси (более 5 смертей в минуту –  с такой скоростью не убивали даже в нацистских лагерях смерти) действительно был невозможен без привлечения экономических механизмов. И до 6 апреля 1994 г. (точка отсчета массовой резни) и после этой даты в страну поставлялось оружие – и кто-то должен был за это платить. Кто-то платил за фрахт транспорта, на котором везли винтовки, пистолеты, гранаты, патроны и прочие орудия убийства. Кто-то платил посредникам, которые обеспечивали доставку смертоносного груза. Кто-то совершал переводы и заботился о финансовом обеспечении. И так далее – только вопросов тут (тем более с течением времени), куда больше чем ответов.

Шаг логичный – призвать к ответу не только непосредственных организаторов и исполнителей той жуткой бойни, но и тех, кто делал на ней свою (в большинстве случаев) немаленькую прибыль. Вдвойне логично, что объясниться попросили французский банк. Вообще, поведение Франции в событиях 1994 г. выглядит довольно неприглядно. За прошедшие почти четверть века был опубликован ряд работ, которые показывают, как себя вела la belle France в то время (Linda Melvern. Conspiracy to Murder: The Rwandan Genocide, 2004; Andrew Wallis. Silent Accomplice: The Untold Story of France’s Role in the Rwandan Genocide, 2014; Daniela Kroslak. The Role of France in the Rwandan Genocide, 2007). Исследователи сходятся во мнении, что при желании Франция могла предотвратить массовые убийства 1994 г. – однако в Елисейском дворце предпочли не вмешиваться в ход событий, притом, что прекрасно видели, как развивается ситуация: вялотекущая гражданская война и натуральное разжигание национальной ненависти полным ходом вели Руанду к резне – что в итоге и случилось. Одной из причин, почему официальный Париж предпочитал поддерживать правительство покойного президента-хуту Хабьяриманы, была геополитика: Франция не желала возможного ухода Руанды из зоны франкофонной Африки и возникновения в Руанде англофонной культуры (а в перспективе и вовлечения Руанды в про-британскую орбиту). Тем более что, с точки зрения Парижа, такая опасность существовала: оппозиция-тутси в лице наиболее серьезной силы, Руандийского патриотического фронта (РПФ) формировалась в англоговорящей Уганде и в случае прихода к власти могла коренным образом изменить геополитический расклад. В итоге во Франции было принято негласное решение: не препятствовать хуту разбираться с тутси, что вылилось в 100-дневный кошмар. Не случайно книгу историка М.Мередита, в которой проводится эта мысль, по выходе ее во Франции подвергли резкой критике (Martin Meredith. The State of Africa: A History of Fifty Years of Independence, 2006).

Как известно, мировое сообщество не смогло ни предотвратить геноцид, ни прекратить его – единственной силой, которая (также, далеко не самыми гуманными методами) смогла остановить маховик массовых убийств, были боевые отряды РПФ во главе с лидером оппозиции, ныне президентом Руанды, тутси Полом Кагаме – который, напомним, категорически не нравился официальному Парижу, что выражалось во многих действиях, направленных на создание ему препонов. Именно поэтому в сегодняшней Руанде не без оснований расценивают действия Франции во время геноцида, а именно Операцию «Бирюза» (миротворческая операция по созданию в стране «безопасной зоны» в июне – августе 1994 г.), как попытку спасти активных деятелей геноцида, которые бежали от наступавших войск РПФ (что отчасти и удалось).

Нынешние отношения Кигали и Парижа далеки от кордиальных: с 2006 по 2009 гг. страны вообще не общались на уровне диппредставительств, да и сегодня в этой африканской стране к Франции относятся довольно прохладно. Недовольство руандийцев вызывает еще и тот факт, что в медиа-среде (и в значительной мере в ее французском сегменте) проводится ползучая кампания по переписыванию истории этого страшного события. Число жертв геноцида стараются потихоньку принизить: если 20 лет назад считалось что было убито более одного миллиона человек, то сейчас в общественное сознание потихоньку вкладывается цифра «около 800 тысяч». Активно пропагандируется точка зрения, что «100 кровавых дней» были не спланированным геноцидом, а просто эпизодом гражданской войны – а значит и отношение к этому может (и должно) быть другим. Властям Франции очень не нравится, когда им напоминают о Руанде – Париж изо всех сил старается  придерживаться позиции «кто старое помянет…». Еще меньше им нравится, когда в той истории всплывают названия финансовых гигантов, имеющих теснейшие связи с политической элитой.

Любопытный факт – в случаях с преступлениями, носящими массовый характер довольно часто те, кто экономически их спонсировал, остаются в тени и очень часто выходят сухими из воды. Причина лежит на поверхности – слишком уж неприглядными бывают действия экономических игроков, и вытаскивание на свет их грязного белья может привести к серьезному кризису. Получится ли у правозащитников привлечь к ответственности один из крупнейших мировых банков сказать сложно. Но ясно одно – тяжба предстоит очень долгая.

Текст статьи: Иск против «BNP Paribas» о соучастии в геноциде

Автор: Роза Мусауи

Правозащитные организации «Sherpa», «Ibuka» и «Collectif des parties civiles pour le Rwanda» (Группа гражданских истцов в пользу Руанды) предъявили обвинение французскому банковскому гиганту, которого подозревают в том, что в 1994 году банк принимал финансовые переводы, предназначенные для закупки оружия, от властей Руанды, проводивших политику геноцида.

Геноцид – это ещё и вся мрачная логистика с поставками оружия, финансовыми потоками и теневыми кредиторами. В четверг организация «Sherpa», объединяющая юристов и адвокатов, «Группа гражданских истцов в пользу Руанды» и организация «Ibuka», в которую входят пережившие геноцид со стороны правительства тутси (народность, Руанда- прим.ред.), объявили о подаче гражданского иска против банковского гиганта «BNP Paribas», обвиняя его в «соучастии в геноциде, преступлениях против человечности и военных преступлениях». Этот французский банк подозревается в причастности к финансированию закупок оружия для руандийского правительства, проводившего геноцид, в обход эмбарго, которое ООН ввела 17 мая 1994 года.

Это дело ранее уже освещалось журналистом Патриком де Сент-Экзюпери в «Figaro» от 3 апреля 1998 года. Его также подробно рассматривал Жак Морель в своей книге «La France au coeur du genocide des Tutsis» («Франция в центре геноцида тутси». Изд-во l’Esprit frappeur, 2010). Вернёмся к событию преступления. 14 и 16 июня 1994 года Национальный банк Парижа (ныне «BNP Paribas») акцептовал два перевода со счёта, который держал в нём Национальный банк Руанды, на счёт швейцарского банка UBP. Кто владелец счёта? Виллем Тертиус Элерс, бывшее доверенное лицо южноафриканского диктатора Питера Виллема Боты, занявшийся посреднической торговлей оружием во главе фирмы «Delta Aero». В общей сложности переводы между счетами исчисляются суммой более чем 1,3 миллиарда долларов. Перед финансовой операцией руандийский полковник Теонесте Багосора, впоследствии признанный Международным трибуналом по Руанде (Tribunal penal international pour le Rwanda – TPIR) виновным в геноциде, вёл переговоры с южноафриканским посредником о поставке 80 тонн оружия. Сделка была заключена 17 июня на Сейшелах.

Именно там Багосора, который выдавал себя за заирского офицера, принял товар, затем контролировал авиаперевозки, позволившие осуществить доставку оружия в Гому, пограничный город в провинции Северное Киву, для дальнейшей переправки на руандийский берег озера, в Гизеньи. Этот ход событий был подтверждён офицером хуту на слушании в TPIR 10 ноября 2005 года: «Боеприпасы… Документация… Документы на эти самые закупки… если бы они у меня были, если бы у меня были все документы… Когда я ещё был на Сейшелах, с 4-го по 19-е, делается одна отправка, на Сейшелы прибывает один самолет…я его загружаю…оружие и боеприпасы…он летит в Гому. Я остаюсь на Сейшелах, я с ним не улетаю. Он прилетает, я его загружаю, я остаюсь на Сейшелах, он отправляется в Гому. Он возвращается для второго перелёта… в этот момент, я вам сказал, что меня «обнаружило» ЦРУ…я его загружаю. И я думал, что могу остаться ещё и для третьего перелёта. Другой посредник, который хорошо знал, что и как… который имел информацию, он мне говорит: «Если вы не улетите с этим самолетом, вас арестуют». Вот я и вернулся с этим самолетом. Со вторым рейсом самолета, 19-го, я прилетаю в Гому, мы разгружаемся на месте, я лечу дальше, в Киншасу, пустым самолетом. Потом оружие должна забрать Руанда. Всего два рейса»[1].

Странно! Другой банк – «Banque Bruxelles Lambert» (BBL) – ранее ответил отказом на просьбу использовать средства, идущие из Коммерческого банка Руанды, ссылаясь на соблюдение эмбарго. «BNP, видимо, был единственным банком, который согласился на этот перевод средств. Так, согласно многим свидетельствам и следственным заключениям, приложенным к иску, BNP наверняка должен был знать о предназначении средств и понимать, что этот перевод может способствовать творящемуся геноциду», – обвиняют истцы. В 39-м номере журнала «XXI» Патрик де Сент-Экзюпери опирается на свидетельство одного высокопоставленного чиновника, утверждая, что «(французские) власти распорядились перевооружить тех, кто осуществлял геноцид в Руанде». В частности, называется Юбер Ведрин, в то время генеральный секретарь Елисейского дворца, который предположительно и провёл эту директиву. Могли ли повлиять на решения BNP, приватизированного незадолго до этого, подобные политические шаги? «Очень возможно, что в этом деле к ответственности будут привлечены политики, – предполагает Ален Готье, член «Группы гражданских истцов в пользу Руанды». – Следствие определит виновных».


[1] TPIR, дело № ICTR-98-41-Т, судебный процесс «Военные I» (Багосора), слушание 10 ноября 2005 г. Цитируется Жаком Морелем в «La France au coeur du genocide des Tutsis. Paris: l’Esprit frappeur, 2010».

На ту же тему

Первая победа профсоюзов Suez в парижском суде
Левые и 2022 год: общество ждёт объединения
Тесты на коронавирус: быстрее, но с менее...
Отвратительные граффити и адская мелодия «левацкого исламизма»