1967 ГОД – ПРОБУЖДЕНИЕ РАБОЧЕГО КЛАССА И ПЕРВЫЕ ИСКРЫ МАЯ 68-ГО.

Можно спокойно забыть про сказку о «славном тридцатилетии» и перейти к анализу положения рабочего класса в 1960-е годы
Можно спокойно забыть про сказку о «славном тридцатилетии» и перейти к анализу положения рабочего класса в 1960-е годы

Можно спокойно забыть про сказку о «славном тридцатилетии» и перейти к анализу положения рабочего класса в 1960-е годы. Достаточно ли повсеместная рационализация производства, иначе говоря, интенсификация труда, была компенсирована ростом зарплаты? И не скрывался ли за бурным развитием динамичных отраслей (автомобилестроение, производство электротехники) преждевременный упадок текстильной промышленности, судостроения и добычи угля? Такие противоречивые процессы заставляют задуматься об очагах напряжённости – причинах для беспокойства и гнева, энергетика которых, благодаря сближению с 1966 года профсоюзов CGT и CFDT, переросла в уличные протесты.

Реформа системы соцобеспечения и волна народного гнева

Растущее в рабочей среде недовольство вылилось в серию конфликтов 1967 года. Отправной точкой стала ситуация, сложившаяся на текстильной фабрике Родиацета в Безансоне, производящей искусственное волокно. Рабочие этого предприятия в феврале вышли на забастовку, требуя поднять заработную плату и, главное, улучшить условия труда. Рабочий график сотрудников, работавших на производстве, в то время был трёхсменным (утренняя, дневная и вечерняя смены) и менялся через каждые два-три дня, что на практике означало нарушение сна, а со временем и ухудшение здоровья (очень реалистично отражены события того времени в фильме Криса Маркера «Скоро увидимся, надеюсь!»). Поводом для вмешательства полиции стал захват производственных помещений. Вслед за фабрикой Родиацета в декабре забастовку объявили и трудящиеся фабрики в лионском квартале Вэз, принадлежащей той же компании. Протестуя против плана руководства предприятия уволить две тысячи человек, сократить рабочую смену и, одновременно, заработную плату, рабочие остановили производство. Но в Лионе сложилась несколько иная ситуация. Здесь по разные стороны баррикад оказались рабочие, принимавшие участие в забастовке, и рабочие с ежемесячно возобновляемыми контрактами, что привело к внутренним столкновениям. Руководство фабрики воспользовалось моментом и уволило 92 сотрудников за неоднократный уход с рабочего места и порчу производимой продукции. Среди уволенных оказались 62 активиста «Всеобщей конфедерации труда» (CGT), 11 – «Французской демократической конфедерации труда» (CFDT) и 4 – «Рабочей силы» (FO). Такое количество уволенных профсоюзных работников говорило о явном желании руководства избавиться не столько от простых рабочих, примкнувших к забастовке в пылу гнева, сколько от профсоюзных активистов.

Весной 1967 года волнения вспыхивают на железных рудниках в Лотарингии. Конфликт разрастался по всей отрасли, рабочие захватили металлургические заводы в Омекур и Жеф. Помимо пересмотра размера заработной платы, забастовщики требовали отмены соглашения государства с предприятиями чёрной металлургии 1966 года. В этом документе, кроме объединения одних площадок и закрытия других, предусматривалось сокращение 15 тысяч рабочих мест и одновременное увеличение производства на 5% в год. Несмотря на то, что к забастовке присоединились далеко не все, протестующие с радостью отмечали, что их движение, братское по духу, было поддержано народом. Чем яростнее была реакция сил правопорядка, тем сильнее оказывалась поддержка. Однако забастовку ждал провал, и с начала мая работа была возобновлена. Сокращение рабочих мест в чёрной металлургии, как и в других отраслях, привело к созданию в июле Государственного бюро по трудоустройству (АNPE).

Рост недовольства в рабочей среде

Если учесть забастовки всех рабочих, получавших зарплату помесячно, рабочих судостроительной верфи в Сен-Назер, целлофановую забастовку в Сен-Морис-де-Бено (департамент Эн), в которой участвовали многие рабочие-иммигранты, становится очевидным, что весна 1967 вскрыла небывалые по остроте противоречия. Об этом свидетельствует и движение рабочих автозавода Дюселье (граница департаментов От-Луар и Пюи-де-Дом), выдвигавших в числе прочих требований и повышение своих зарплат до уровня парижской. Чтобы вынудить руководство пойти на уступки, рабочие автозавода прибегли к самоизоляции. Проблема уравнивания зарплат также стала причиной и крупнейшей забастовки на заводе Дассо в Бордо зимой 1966 года (забастовка продлилась до марта).

В августе власти начали реформу системы соцобеспечения, реализуя её в указном порядке, декрет за декретом. Народ ответил на это волной локальных протестов, местами крайне ожесточённых. 2 октября в Лемане крестьяне вышли на манифестацию, а через пять дней, в рамках дня борьбы с декретами о соцобеспечении, они атаковали здание префектуры. 26 октября рабочие завода Рено Жемон-Шнайдер, Глензер и Омик начали валить деревья и строить баррикады из строительных блоков, манифестация против безработицы вылилась в столкновения с силами правопорядка. Все стычки и забастовки явились знаком того, что недовольство в рабочей среде росло и начало переливаться через край. Забастовки в Кане в январе 1968 года – ещё одно тому подтверждение.

«Надеюсь, скоро увидимся!», фильм Криса Маркера

В марте 1967 года кинорежиссер Крис Маркер приехал на завод Родиацета, где шла забастовка, и встретился с рабочими. Он ещё три раза возвращался туда, чтобы снимать происходящее. А 5 марта 1968 года на втором канале ORTIF вышел фильм, посвящённый забастовкам весны и зимы 1967 года. В конце картины один из активистов профсоюзного движения делает необычное заявление – спокойный вызов руководству, который звучит, как предсказание: «Знайте, господа начальники, победа за нами, иначе и быть не может. Есть кое-что, что нас объединяет, вам этого не понять, и мы победим… Вы, так называемые начальники, нас уже достали, но мы пока терпим. А до вас, хозяева-капиталисты, мы доберёмся… мы вас сделаем… это в природе вещей…надеюсь, скоро увидимся!»

Исторические факты

Февраль 1967 – забастовка на фабрике Родиацета. Требования: увеличение зарплаты и улучшение условий труда.

Весна 1967 Лотарингия – захват рабочими железных рудников, а затем и металлургических заводов.

Декабрь 1967 фабрика в лионском квартале Вэз – сокращение рабочих мест приводит к остановке производства и ожесточённым столкновениям.

Фото: Gérald Bloncourt/Rue des Archives. Оригинал статьи: https://humanite.fr/1967-le-reveil-ouvrier-et-les-premieres-flammeches-de-mai-68-647772

Историк Ксавье Винья

На ту же тему

Korian, DomusVi: Гонения на членов профсоюзов в...
«Мы упустили шанс на мир»
Власть грозит кулаком «внутреннему врагу»
Через год после путча левые возвращаются к...