Алжир во власти десантников

1956 год был ужасен. Убийства колонистов, цикл репрессии-терроризм-репрессии- погрузили город Алжир в море крови. Начало 1957 года - обострение положения. Социалист Ги Молле передаёт все полномочия в руки военных.
1956 год был ужасен. Убийства колонистов, цикл репрессии-терроризм-репрессии- погрузили город Алжир в море крови. Начало 1957 года - обострение положения. Социалист Ги Молле передаёт все полномочия в руки военных.

1956 год был ужасен. Убийства колонистов, цикл репрессии-терроризм-репрессии- погрузили город Алжир в море крови. Начало 1957 года – обострение положения. Социалист Ги Молле передаёт все полномочия в руки военных. Массю и Бижар устанавливают террор: пытки, суммарные казни без судебного разбирательства опустошают Касбу. В результате этой гигантской полицейской операции Фронт национального освобождения в военном смысле был обескровлен, но в политическом – одержал победу.

Алжир: 10 000 десантников и полицейских принимают участие в атаке на касбу. Новости, которые приходят из Алжира, вызывают беспокойство. В столице Робер Лакост передал все гражданские и военные полномочия генералу Массю, командующему 10-й десантной дивизией.

Столкновение между алжирскими партизанами Фронта национального освобождения (ФНО) и вызванными для подкрепления десантными дивизиями. Битва за Алжир была и остаётся объектом разногласий между французами и алжирцами в том, что касается дат и формулировок. Для алжирцев и некоторых французских историков сигнал к столкновению датируется летом 1956 года. Согласно же большинству французских исследований, сражение произошло в первые месяцы 1957 года. Алжирская историография, а также критически настроенная часть французских историков, считают, что это не было сражением в привычном военном смысле слова: диспропорция сил была такова, что этот термин, предполагающий столкновение между двумя армиями, неравными по силе, в данном случае не подходит. С алжирской стороны имелось от 1500 до 5000 партизан (по разным источникам), не все были вооружены. С французской стороны – около 5000 военнослужащих (из них 3 200 десантников 11-го ударного подразделения), 1100 полицейских, 55 жандармов и 920 спецназовцев, плюс ещё 1500 человек из территориальных подразделений – настоящих военизированных формирований, состоящих из «черноногих» ультра. По словам генерала Бижара, «речь не идёт о сражении, но просто, и увы, о полицейской работе»[1]. Выражение даже вошло в повседневный обиход.

1956 год во многих отношениях является поворотным. В начале года Республиканский фронт привёл к власти правительство Ги Молле, избранного благодаря программе, обличавшей «идиотскую и безвыходную войну». Молле будет значительно наращивать военные усилия, пользуясь, увы, какое-то время, голосованием коммунистов в поддержку «специальных полномочий» (март). Фронт национального освобождения находится на оборонительном положении. Между французскими властями и ФНО начинается обострение, первоначально только на словах, перешедшее затем в кровопролитие. 6 февраля 1956 года, на следующий день после капитуляции, Ги Молле назначает министром-резидентом в Алжире своего товарища по партии Робера Лакоста[2]. Убийство трёх одиночных колонистов 16 февраля 1956 года повергает французское население Алжира в состояние шока. А 21 февраля 1956 года перед Алжирским национальным собранием Лакост объявляет: «Ослеплённые фанатики на собственном горьком опыте убедятся в том, что Франция будет бить тем сильнее, чем более будет считать свои действия справедливыми». Повлечёт ли за собой это сообщение возврат к казням? В ответ ФНО распространяет листовку, в которой прямо угрожает расправами, в данном случае над европейским населением. В конце апреля проходит новая серия покушений на европейцев, целью которой стали полицейские, применявшие пытки. В итоге – трое убитых и множество раненых. В мае 1956 года в городе Алжир насчитывалось 26 жертв среди гражданского европейского населения. Речь идёт о разовых нападениях с использованием холодного или огнестрельного оружия. Франция считает своим правом, своим долгом отреагировать.

5 июня 1956 года состоится собрание Высшего судебного совета, которое запустит классический процесс: репрессии-терроризм-репрессии…В Елисейском дворце, в ходе собрания под председательством Рене Коти, большинство выскажется за возобновление казней. Франсуа Миттеран, министр юстиции Франции, горячо настаивал на этом. 19 июня 1956 года 30-летняя Забана и 35-летний Абделькадер Феррадж Бен Мусса станут первыми казнёнными при помощи гильотины в ходе Алжирской войны. Распоряжения ФНО будут предельно чёткими: надо отомстить за этих мучеников. Последуют новые убийства европейцев, гражданских, полицейских или военных (20 человек во второй половине июня, еще 15 в июле). В ночь с 9 на 10 августа на улице Теб, в самом сердце Касбы, совершен теракт. Организатор теракта – Организация сопротивления французского Алжира (Oraf) – печально известная как прародительница Секретной вооруженной организации (OAS) и имеющая пособников на самом высоком уровне. Итог был ужасающим: французские пожарные упоминают о 15 погибших, Жермен Тийон называет цифру 53 убитых, а Фронт национального освобождения – 73 убитых; также было много десятков, а возможно и сотен, раненых. Ясеф Саади, ответственный за город Алжир в ФНО, в 2004 году рассказывал: «Вне себя от ярости, жители Касбы пошли в европейскую часть города, чтобы отомстить за своих погибших. (…) Чтобы избежать огромного кровопролития, я пообещал им, что ФНО отомстит за них».

20 августа руководство ФНО принимает решение сделать шаг навстречу городскому терроризму, занявшись егоорганизацией. 30 сентября 1956 года молодые женщины – Джамиля Бухиред, Самия Лакхади и Зохра Дриф,- одетые по-европейски, чтобы обмануть наблюдение, заложили две бомбы в местах, посещаемых молодыми европейцами. В результате чего 8 человек погибли и десятки были ранены. Последовали и другие теракты. Воцаряется атмосфера постоянного страха. Убийство председателя Союза префектов Алжира (28 декабря 1956 г.), затем его похороны (30 декабря), которые повлекли за собой массовые погромы североафриканского населения, завершают этот ужасный 1956 год. У европейского населения эмоции настолько сильны, что наиболее решительные из них обвиняют власти в бездействии и требуют проводить политику репрессий. Требования будут удовлетворены.

В марте 1956 года, Национальное собрание предоставило правительству специальные полномочия, дав правовую основу всем капитуляциям. Добровольная передача гражданской властью всех полномочий военным, без сомнения, уникальный случай во французской истории. Решительный шаг был сделан 4 января 1957 года. Возглавляемые Ги Молле, министры Кристиан Пино (иностранных дел), Поль Рамадье (финансы), Робер Лакост (Алжир), Морис Бурж-Монури (оборона) и Макс Лежен (статс-секретарь министерства обороны) решают доверить город Алжир генералу Массю и его десантникам. В понедельник 7 января 1957 года префект Серж Барре подписывает доверенность генералу Массю. Отныне у армии есть все полномочия, включая полицейские. В тот же день совершил высадку первый десант. Немедленно начинает применяться насилие в чистом виде.

Несогласие в Париже

С самого начала Алжирской войны в метрополии (Франция) поднимается волна протестов. Начиная с января 1957 года они приобретают ещё больший размах. Вслед за газетой «Юманите», такие издания как «Темуаняж кретьен», «Франс Обсерватер» и «Экспресс» также высказываются против правительственной политики. Многие видные персоны выражают своё возмущение. Генерал Жак Пари де Боллардьер просит, чтобы его отстранили от командования; то же самое делает и Поль Тетжен, главный секретарь полиции г. Алжира; поэт и бывший участник сопротивления Веркор отказывается от ордена Почетного легиона; Рене Капитан, юрист и антифашист, прерывает чтение лекций в университете.

Действие франко-итальянского фильма «Битва за Алжир» режиссёра Джилло Понтекорво, происходит между 1954 и 1957 годом. Главный персонаж фильма – Али ла Пуант.

На местах действует полковник Бижар: квадрильяж, обыски в домах, массовые аресты, произвол, заключение в тюрьму и пытки. Он этого никогда не скрывал, хотя и отрицал своё непосредственное участие в пытках. Именно благодаря битве за Алжир эта бесчеловечная практика, уже ставшая массовой в сельских районах, распространилась на весь Алжир. Жак Дюкен, начиная с января 1957 года бывший специальным корреспондентом газеты «Круа», осенью 1957 года рассказывает как был принят мэтром Попи, бывшим руководителем движения молодых католиков и одним из последних представителей французских либералов Алжира (впоследствии будет убит Секретной вооруженной организацией OAS). Дюкен вспоминает: «…Он позвонил полковнику Тренкье, который тогда командовал DPU (система городской защиты) … – «Полковник, благодарю Вас. Я видел моего клиента, и ваши службы не подвергали его пыткам». Ответ полковника (вкратце): «Это нормально, дорогой мэтр, ведь вы вмешались»[3]. 8 января 1957 года Касба окружен защитным барьером. В ночь с 14 на 15 января в старом городе произошла широкомасштабная облава. Она будет не последней. Однако терроризм ещё нанесет удары (бомбы в баре «Отоматик» и в кафе «Кок арди», 26 января – 4 убитых; бомбы на городских стадионах Алжира, 10 февраля – 8 убитых). Потом – передышка в несколько месяцев. Диспропорция в соотношении сил оглушительная. Сеть ФНО находится в обороне. Во Франции и в Алжире политики и пресса, поддерживающие войну, громогласно заявляют о победе. Но теракты возобновляются. В мае 1957 года прямо на улице убивают одиночных военнослужащих-десантников. Теракт в казино “Корниш” 9 июня 1957 года, в результате которого европейское население понесло потери в количестве 8 погибших и 92 раненых, усиливает напряжение. 11 января во время похорон линчевали пятерых мусульман. Французы должны принять очевидное: лишь только первая фаза битвы за Алжир была выиграна.

В июле 1957 года Массю снова призывает Бижара, который покинул Алжир в марте. Зачистки в Касбе возобновляются. Появляется выражение: «креветки Бижара». Поль Тежен рассказывал в 1991 году: «Бижар арестовывал людей (…), помещал их ноги в таз, заливал цементом… когда ноги схватывались, бедняг засовывали в вертолет и сбрасывали над морем… море возвращало… то, что в Алжире люди называли «креветками Бижара»!» Также осуществлялись и другие казни, но более “классическими” методами. Поль Тетжен утверждал, что из 24 000 приговорённых к домашнему аресту, 3024 просто без вести пропали. Вот только сама цифра подпольных сторонников ФНО в городе Алжир колеблется между 1 500 и 5 000… Чтобы выразить свой протест против подобных мер, Поль Тетжен подал в отставку[4].

Эти радикальные методы позволили одержать военную победу. 24 сентября был схвачен Ясеф Саади. 8 октября последний руководитель, Аммар Али, называемый Али ла Пуант, и его сторонники были окружены. Он и Хассиба Бен Буали, Махмуд Буамиди, Ясеф Омар отказываются сдаться. Их укрытие полностью уничтожено взрывом. Историография обычно называет эту дату – 8 октября 1957 года – окончанием «битвы за Алжир». Организация ФНО была обезглавлена, прочно ослаблена, последних активистов выследили.

Через 10 лет бывший министр-социалист Робер Лакост вспоминал с некоторой гордостью об итогах тех дней: «Через небольшой промежуток времени вернулся один полк Бижара с 87 бомбами. (…) Вообразите, если бы они никогда не были использованы! (…) Мы имели бы реки крови (…). Присутствие Франции и все её достижения исчезли бы в этой буре»[5]. Та же аргументация у Массю. «Некоторые крайние меры, предпринятые моими войсками, позволили избежать массового кровопролития», – утверждал он в своей книге «La Vraie Bataille d’Alger» («Истинная битва за Алжир»), изданной в 1971 году. Вполне естественно, что эта публикация повлекла за собой новый подъём полемики. Наиболее резким был ответ Жюля Руа, которого это касалось вдвойне («черноногие» и бывший офицер): «Ложь – это вы. И вы всё ещё продолжаете получать прямо в лицо полные бадьи крови»[6].

На самом деле, обе стороны, каждая по-своему, были правы. В военном смысле можно было, конечно, говорить о победе, но это был Пиррова победа. Ибо, с человеческой точки зрения, какой ценой? Вне полемики о количестве погибших или исчезнувших (3024 без вести пропавших по данным Тетжена, 300, если верить Массю), десятки тысяч жителей города Алжир (цифра, намного превосходящая количество по-настоящему воевавших) были схвачены во время облав, брошены в тюрьму, многие подвергались пыткам, некоторые были убиты. Было подписано 24 000 постановлений об арестах с ограничением места жительства (по данным всё того же Тентжена). Большинство этих арестованных происходило из Касбы. Только в 1957 году в ней насчитывалось 74 000 жителей. Если вычесть детей (крайне молодое население), то можно увидеть, что каждый второй взрослый житель был подвергнут аресту. Ни одна семья не избежала этой участи. Как могла не родиться вследствие этого решительная и окончательная озлобленность?

«Битва за Алжир» также стала политической катастрофой для гражданской власти и для военного руководства, которое её инициировало: если целью было достижение контроля над населением, то эту самую важную битву Франция проиграла, и окончательно, в течение первого семестра 1957 года. Пропасть между населением города Алжир, сверх того, всем алжирским народом и официальной Францией стала непреодолимой. ФНО (обезглавленный на какой срок?) был ослаблен в военном, но не в политическом смысле. Он получил внимание гораздо большего числа алжирцев, даже умеренных, у которых вызвало отвращение поведение французской армии.

Кроме того, вручая ключи к решению проблемы армии, по-прежнему избегая пачкать свои руки, политическая власть создала крайне опасный прецедент. В 1958, затем в 1961 году офицеры, наиболее приверженные идее «Французского Алжира», ещё вспомнят об этом…

Полный текст этой статьи находится на сайте автора: http://alain.ruscio.fr


Библиография

«Nostalgerie. l’interminable histoire de l’oaS», d’Alain Ruscio, editions la Decouverte, 2015.

«La Torture et l’armee pendant la guerre d’algerie, 1954-1962», de Raphaelle Branche, Gallimard, 2001.

«La Vraie Bataille d’alger», du general Massu, Plon, 1971. «Bataille d’alger, bataille de l’homme», du general de Bollardiere, Desclee de Brouwer, 1972.

«La Bataille d’alger», de Yacef Saadi, ed. Casbah/Publisud, 1997.

«Services speciaux. algerie, 1955-1957», du general Aussaresses, Perrin, 2001.

«Histoire interieure du FlN, 1954-1962», de Gilbert Meynier, Fayard, 2002.


Фильмография

«А Bataille d’alger», de Gillo Pontecorvo, 1965.

«La Bataille d’alger», d’Yves Boisset, television (France 2), 2006.

[1] General Bigeard. «Pour une parcelle de gloire». Plon, 1975 (Генерал Бижар. За частичку славы. Изд. Plon, 1975).

[2] Et non «resident» (И не «резидент»). Политики хотели подчеркнуть, что он постоянно будет находиться в Алжире в течение действия своего мандата.

[3] J. Duquesne, «l’Express» (Ж. Дюкен, газета «Экспресс»), 30 ноября 2000.

[4] Письмо Роберу Лакосту от 29 марта 1957 года, напечатанное в газете «Монд» 1 октября 1960 года.

[5] R. Stephane et R. Darbois. «Memoires de notre temps». Calmann-Levy, 1967 (Р. Стефан и Р. Дарбуа. Мемуары нашего времени. Изд. Calmann-Levy, 1967).

[6] Jules Roy. «J’accuse le general Massu» Ed. du Seuil, 1972 (Жюль Руа. Я обвиняю генерала Массю. Изд. du Seuil, 1972).

На ту же тему

Учителю истории отрезали голову за демонстрацию карикатур...
Во Франции ограничивают свободу слова
COVID-19: наёмные работники устали от санитарного кризиса
Турция ведёт нечестную политическую игру