БРЕКЗИТ: ПЕРЕМЕЩЕНИЕ ЛОНДОНА В ПАРИЖ ДОРОГО НАМ ОБОЙДЁТСЯ

Выступая в Нью-Йорке перед финансовыми воротилами с Уолл-стрит, министр экономики Франции Брюно Ле Мэр заявил: «Мы готовы сделать всё необходимое для того, чтобы Франция стала более привлекательной как в социальном, так и в налоговом плане. Ибо привлечение крупных банков США в Париж, а не в Лондон, Дублин, Амстердам или Франкфурт, означает создание рабочих мест и возвращение богатства для Франции».
бочие места, динамизм... Вот, кажется, что может выиграть Париж, если очарует англосаксонские финансы. Но можно сказать наверняка, что нам всем дорого обойдутся подарки этому «другу», от которого ждут столько всего хорошего. Кроме того, как будет выглядеть с точки зрения морали выкачивание в пользу банков средств из Социального страхования или из помощи на развитие?

Рабочие места, динамизм… Вот, кажется, что может выиграть Париж, если очарует англосаксонские финансы. Но можно сказать наверняка, что нам всем дорого обойдутся подарки этому «другу», от которого ждут столько всего хорошего. Кроме того, как будет выглядеть с точки зрения морали выкачивание в пользу банков средств из Социального страхования или из помощи на развитие?

Финансы – наш друг, это было ясно с самого начала. Вернее, друг правительства, которое всячески демонстрирует ему свою привязанность. Тем более что, по мнению властей, Брекзит, могущий стать причиной волнений в лондонском Сити, является шансом, который нельзя упустить. Выступая в конце июня в Нью-Йорке перед важнейшими представителями Уолл-стрит, министр экономики Франции Брюно Ле Мэр не жалел усилий. «Мы готовы сделать всё необходимое для того, чтобы Франция стала более привлекательной как в социальном, так и в налоговом вопросе, – утверждал он. – Ибо привлечение крупных банков США в Париж, а не в Лондон, Дублин, Амстердам или Франкфурт, означает создание рабочих мест и возвращение богатства для Франции».

То, что толкает к преступлению

7 июля премьер-министр Франции Эдуар Филипп объявил список «подарочков», предназначенных для того, чтобы очаровать этот «цвет общества» и удовлетворить его навязчивые идеи: понизить «стоимость» труда, увольнений, транзакций; облегчить налоги и всевозможные правила… В этот список входит и отмена 20-процентной ставки налога на зарплаты (налог, который выплачивают организации и предприятия, освобождённые от НДС, в том числе банки). Эта максимальная ставка применялась к среднегодовым зарплатам, превышающим 152 279 евро, что является эквивалентом суммы, в 5 раз превышающей зарплату опытного финансового консультанта в банке. Теперь ставка будет составлять 13,6 %. И это сделано за счёт Социального страхования, которому предназначались полученные от налога средства (в общей сложности 14 миллиардов евро, предусмотренные на 2017 год). Есть в списке и пункт об исключении бонусов из расчётов выходного пособия. На первый взгляд кажется, что это касается лишь трейдеров и высших управленческих кадров, хотя нет сомнений, что основные руководители сохранят свои «золотые парашюты». На самом деле, эта мера способствует управлению, «толкающему к преступлению»: удерживать фиксированные зарплаты (из которых и будут высчитываться компенсации), отдавая предпочтение бонусам за «эффективность», стимулирующим заключение «удачных сделок», какими бы ни были последствия для экономики в целом. Премьер-министр не упомянул о верхней планке выплат по суду за незаконные увольнения – одном из главнейших требований англо-саксонских банкиров. Но этом и нет нужды, поскольку эта мера уже проводится в рамках уничтожения Закона о труде, срежиссированного указами, как и было обещано ещё Макроном-кандидатом.

Зато Эдуар Филипп подтвердил постепенную отмену налога на финансовые транзакции (TTF). На европейском уровне эта мера «пробуксовывает», и новое французское правительство этому активно способствует! Французский парламент утвердил принцип этого налога в 2012 году и расширил его в октябре 2016 года. TTF, чья ставка поднялась с 0,2% до 0,3 % 1 января 2017 года, применяется при обмене активами крупнейших компаний, расположенных во Франции. С 1 января 2018 года этот налог должен был бы распространиться на транзакции, проводимые в пределах одного дня (покупка и продажа ценных бумаг, осуществляемые в один день). Но этого не случится. А расходы понесёт фонд помощи на развитие – получатель сбора от этого налога. Потери составят около 2 миллиардов евро в год. Добавим, что с помощью налогов, наш «друг» (финансы) в полной мере сможет воспользоваться всем, что содержится в программе Макрона: снижение налога на предприятия с 33,3 % до 25 % к 2022 году, единая ставка налога на капитал в 30 %, реформа ISF (солидарный налог на состояние), который будет касаться лишь недвижимого имущества, а не финансового капитала… Что касается регламентации, обещанной всеми руководителями после катастрофы с субстандартным кредитованием, то она устояла. Премьер-министр пообещал не переносить во французское законодательство европейские правила, касающиеся финансовой и банковской сферы и заключающиеся в уничтожении небольших «плюсов» по отношению к навязываемому минимуму. Само собой разумеется, что наш «друг» может рассчитывать на французское правительство, которое использует весь свой потенциал для того, чтобы блокировать усиление обсуждаемых правил осторожности в Базельском комитете по банковскому надзору[1].


[1] Комитет, объединяющий центральные банки и органы финансового регулирования 13 стран, предлагает стандартные нормы контроля для усиления финансовой безопасности.

На ту же тему

Вокруг да около компании Suez
ВКТ предлагает альтернативный экономический план
Печальные итоги года для французской экономики
Ford уходит из Франции