Ястребы Вашингтона хотят интервенции в Каракас.

by Главный редактор

Пьер Барбансэ Ставленник США Хуан Гуайдо безуспешно пытался привлечь на свою сторону армию в ходе…

Япония-Корея. Поле битвы – историческая память.

by Super User

Лина Санкари Разногласия по поводу сложных страниц истории привели к тому, что Сеул и Токио…

Ян Бросса: «Европа не должна портить людям жизнь»

by Super User

Сегодня, когда до голосования остаётся всего два месяца, лидер предвыборного списка коммунистов прилагает немало усилий…

Я решил, что лучше умереть за мир

by Super User

Уставшие от десятилетий войны, жители Афганистана хотят вести нормальную жизнь. Талибы отказываются продлевать перемирие.

Южная Корея. Давно забытые призраки мятежного острова

by Super User

Правительство Мун Чжэ Ина разрабатывает проект по эксгумации тел жертв резни, произошедшей во время коммунистического…

Франция. 4 года спустя после трагедии 13 ноября 2015. Как помочь уцелевшим?

Александр Фаш

Многие жертвы трагедии 2015 года до сих пор остаются под опекой Гарантийного фонда помощи жертвам террора. Эта система поддержки – гордость Франции, хотя многое в ней ещё требует доработок.

13 ноября 2015 года в Париже и его окрестностях была совершена серия террористических актов, в результате которых погибло 130 человек, более 350 получили ранения, а общее число пострадавших составило 2 700 человек. Это был самый страшный теракт за всю историю Франции. Последствия испытал на себе не только каждый француз, но и всё человечество в целом. Сегодня, спустя четыре года после трагедии, раны, нанесённые этими чудовищными преступлениями, постепенно затягиваются. Государство поставило перед собой задачу помочь жертвам трагедии восстановиться и «полностью возместить» причинённый им физический, моральный и экономический ущерб. Реализацией задуманного занимается Гарантийный фонд помощи жертвам терроризма (FGTI ) со штаб-квартирой в Венсене (департамент Валь-де-Марн), созданный по частной инициативе в 1986 году. Финансируется FGTI в основном за счёт взносов в размере 5,90 евро, которые отчисляются с каждого из 90 миллионов страховых счетов французов. С 2016 года в фонде ежедневно работает около двадцати сотрудников, в обязанности которых входит исключительно помощь жертвам террористических нападений.

«Наша цель – сделать так, чтобы жизнь пострадавших была максимально приближена к той, которую они потеряли из-за терактов», - объясняет генеральный директор FGTI Жюльен Ранки. Сложнейшая задача, особенно если речь идёт о людях, у которых трагедия 13 ноября отняла кого-либо из родных и близких... И если в первые двадцать восемь лет существования FGTI (1986-2014 гг.) оказал помощь «лишь» 4 000 пострадавшим, то за последние четыре года в фонд обратились 6 000 жертв террористических атак. Шарли Эбдо, теракты 13 ноября, нападения в Ницце (2016 год) и Страсбурге (2018 год) - это трагедии уже более масштабные, чем раньше.

Лор Авлин (40 лет), отвечающая в FGTI за финансовые компенсации для пострадавших от нападений, работает с теми, кому террористы нанесли самый тяжёлый урон. Это 72 человека, ставших непосредственными жертвами терроризма, из них половина пережила трагедию 13 ноября. Помощь потерпевшим начинают оказывать спустя несколько часов (самое позднее – несколько дней) после теракта. «Непросто приходить к людям, зная, как тяжело им сейчас приходится, - говорит Лор, мать двоих детей, бывшая сотрудница Ассоциации помощи жертвам сексуального насилия. - Сначала представители FGTI связываются с родственниками погибших. Мы объясняем, что все расходы (похоронные, транспортные...) будут возмещены и помогаем им разобраться с административными процедурами. К раненым идут уже во вторую очередь. В этом случае мы тоже сначала связываемся с кем-нибудь из родственников. Даём людям время осознать, что они пережили. Я всегда оставляю свой номер телефона». После теракта 13 ноября для связи с пострадавшими в FGTI три месяца была открыта «горячая линия», по которой можно было звонить с 8 до 22 часов. «Днём родственники жертв обычно были рядом с ранеными. Обратиться к нам с вопросами они могли только вечером», - продолжает Лор.

«Практически сразу после теракта мы начинаем экстренно оформлять документы пострадавшим, а затем сразу переводим им финансовую помощь в размере 10 000 евро. Человек получает письмо и первый чек особой чрезвычайной помощи для жертв терроризма (PESVT), - объясняет Артюр Денуво, председатель «Life for Paris», одной из двух ассоциаций, созданных после теракта 13 ноября, сам переживший нападение в ночном клубе «Батаклан». - Эта мера помогает людям не оказаться в бедности. В целом можно сказать, что с первым этапом поддержки пострадавших фонд, само существование которого – уже большое счастье, справляется хорошо. Благодаря пособию от фонда и социальной страховке жертвам люди не оказываются наедине со своими проблемами».

Следующий этап обычно требует больше сил и времени. «Чтобы правильно оценить причинённый ущерб, нужно подождать, пока и физическое, и психологическое состояние пострадавших немного «стабилизируется», - объясняет Лор Авлин. - Нельзя делать поспешных выводов – это в их же интересах». Многие выжившие в террористических атаках, подобных той, что произошла 13 ноября, считают, что, если им не было нанесено физических повреждений, то они не имеют права на помощь, ведь рядом есть погибшие и тяжелораненые. Некоторые говорят себе: «Я со всем справляюсь и хочу поскорее приступить к работе». Я знаю пострадавших, которые после теракта 13 ноября (а это была пятница) в понедельник уже вышли на работу… Психологические травмы некоторых из них сказались лишь спустя несколько месяцев».

Ключевой момент в оказании помощи пострадавшим – медицинская экспертиза, которую проводят спустя год после теракта (иногда даже позже). «В моём случае её назначили на ноябрь 2017 года, - рассказывает Стефан (52 года), бывший среди заложников, которых террористы два с половиной часа держали в «Батаклане», - Всё прошло гладко. Возможно, потому что мой случай был достаточно простым. Фонд назначил своего эксперта. Я пришёл с представителем моей страховой компании (MAIF) и врачом, которого она назначила. Примерно через три недели я получил предложение о возмещении ущерба». Даже если Стефан не ждал ничего особенно от этой процедуры, сам факт, что всё прошло хорошо стал для него и для многих других пострадавших «возможностью двигаться дальше и оставить тяжёлое событие в прошлом». Однако иногда процедуры проводились не столь аккуратно. «Фонд хорошо работает в том случае, если нанесённый ущерб легко оценить. Например, с инвалидами. Но как только пострадавший не вписывается в эти примитивные рамки, он сталкивается со всеми сложностями страховой системы, дезинформацией, а иногда и с умышленным затягиванием процедур», - сокрушается Артюр Денуво.

По данным FGTI, на пострадавших в результате теракта 13 ноября было выделено 107 миллионов евро. Из 2 569 человек окончательную компенсацию получили 2 050. Остальные 20 % (а это почти 600 человек) – это жертвы с тяжёлыми травмами, состояние которых до сих пор не стабилизировалось. «Например, я веду пятерых пострадавших, которые находились на веранде и получили сильные ранения лицевой области, - рассказывает Лор Авлин. - Их состояние настолько тяжёлое, что я буду опекать их ещё как минимум четыре года». «Есть незакрытые дела. Это те люди, которые лишь спустя какое-то время осознали, что нападение сказалось на их здоровье. Поэтому в FGTI каждый год приходят новые заявления от жертв. В 2018 году их было 80, в 2019 – 50 Для этого мы и существуем, – говорит Жюльен Ранки. - По закону жертвы могут заявить о себе в течение десяти лет после происшествия». «Иногда жертвы заявляют о себе, узнав о подставных пострадавших, - объясняет Стефан. - Когда потерпевшие вроде меня видят такое мошенничество, они понимают, что сами действительно имеют право на помощь». В общей сложности фонд рассчитывает выделить на помощь жертвам теракта 13 ноября как минимум 250 миллионов евро. Однако все прекрасно понимают, что ничто, и уж тем более не деньги, не сможет до конца излечить пострадавших от страшных воспоминаний о той трагедии.

Опубликовано 13/11/2019

Добавить комментарий


Обновить Защитный код