Личные интересы вместо «образцовой Республики».

Mод Верньоль

Дело Франсуа де Рюжи дало новый повод к разговорам об «укреплении нравственности» в политической жизни. Окружение Макрона поддерживает возможность перехода чиновников на работу в частные компании, о чём свидетельствует одобренный в четверг закон о реформировании госслужбы.

Такого показательного выступления в истории Франции ещё не было. 15 сентября 2017 года молодой президент Республики, стоя перед объективами телекамер, подписал два документа об укреплении нравственных основ политической жизни. Это произошло вскоре после завершения предвыборной кампании, одним из ярких эпизодов которой стала история с Франсуа Фийоном. Макрон, главный «ниспровергатель прежних порядков», выпускник престижной Национальной школы администрации (Ecole nationale d’Administration, ENA), работавший в банке Ротшильда, собрался «укреплять нравственность» в политике. Но прошло всего три месяца после его избрания, и выяснилось, что у «образцовой Республики» есть изъяны. Франсуа Байру, недолго занимавший пост министра юстиции и заявлявший о своей решимости «ни на шаг не отступать от принципа разделения политики и денег», подал в отставку после того, как его партия Modem оказалась втянутой в скандал, разгоревшийся вокруг европейских парламентариев. Это стало началом длинной череды разоблачений тех далеко не образцовых порядков, которые были приняты в окружении Макрона, раздираемом конфликтами интересов. Несомненно, закон о доверии в политической жизни стал в определённом смысле шагом вперёд, хотя и не таким большим, как закон о прозрачности общественной деятельности, принятый в 2013 году при президенте Олланде. Однако, вопреки заявленным целям (таким, как борьба с конфликтом интересов), оба этих документа обходят стороной ключевой аспект, а именно -работу высших эшелонов государственной власти. Благодаря многочисленным перемещениям между государственной и частной сферами, своего рода «скачкам из стороны в сторону», частные интересы заняли важное место в иерархии ценностей, принятой в органах власти.

«Мы то и дело говорим о политиках, но главные проблемы кроются именно в высшем эшелоне государственной власти. Самые опасные конфликты интересов формируются на уровне высокопоставленных чиновников. Болезнь французского государства, которая пришлась на руку популистам всех мастей, исходит от правящей тусовки», – поясняет депутат от партии «Республиканцы» Оливье Марлей, один из авторов доклада 2018 года о профессиональной этике чиновников. Он выдвинул несколько предложений по борьбе с тайными сделками между высшими чиновниками и представителями частных интересов. Некоторые из подобных договорённостей, например, слияние Комиссии по деловой этике с независимым Высшим советом по прозрачности общественной жизни (HATVP), в ближайшее время могут стать реальностью, если на этой неделе будет одобрен так называемый «закон о реформировании госслужбы». Одна из частей этого документа посвящена высшим органам государственной власти, и правительство намерено распахнуть их двери для представителей частного сектора экономики. При рассмотрении законопроекта в Сенате фракция CRCE (коммунисты, республиканцы, граждане и экологи) предложила комплекс поправок по борьбе с переходом чиновников на работу в частные компании, включая требование к выпускникам Национальной высшей школы администрации не менее десяти лет провести на госслужбе, в противном случае их имена будут вычеркнуты из национального реестра государственных служащих. Кроме того, сенатор-центрист Катрин Морен-Дезайи предложила сделать одним из условий приёма на службу в высшие органы власти защиту национального суверенитета, чтобы «верные слуги государства» не начали однажды трудиться на благо компаний из группы Gafam. «Похоже, что в высших сферах государства принято попустительство в отношении интернет-гигантов», – тревожится сенатор, приводя в пример случай с Бенуа Лутрелем. Бывший генеральный директор компании Arcep, некоторое время руководивший сферой телекоммуникаций, в 2017 году перешёл на работу в Google France, возглавив там подразделение по взаимодействию с органами власти, а в июне текущего года представил в Елисейский дворец доклад о регулировании функционирования социальных сетей. Оливье Марлей, член смешанной паритетной комиссии, недавно одобрившей соглашение между двумя палатами Парламента по этому законопроекту, обратил внимание на то, каким образом были отклонены поправки, которые могли бы усилить борьбу против конфликта интересов. Его предложение о слиянии HATVP и Комиссии по деловой этике было поддержано, но Сенат отказался предать гласности заключения комиссии, которые могли бы повлиять на общественное мнение о чиновниках, переходящих на работу в частные компании. «Возврат к прежним правилам секретности вокруг таких случаев – очень плохой сигнал, посылаемый правящим большинством», – с сожалением говорит Марлей, несмотря на то, что ему удалось добиться для HATVP «разрешения» на публикацию его заключений. «Надеюсь, Совет воспользуется этим и создаст прецедент», – поясняет он, с удовлетворением отмечая также, что теперь все те, кто возвращается на госслужбу после работы в консалтинговой компании, банке или на крупном предприятии, должны будут получить одобрение HATVP.

Вопреки обещаниям об «укреплении нравственности», раздаваемым окружением Макрона, закон о реформировании госслужбы позволит увеличить и без того высокие зарплаты высших руководителей государства, в то время как подавляющее большинство госслужащих по-прежнему получает слишком мало. Зарплаты отдельных послов превышают 25 000 евро «чистыми» в месяц. Автор книги «Неприкосновенны для власти» Венсан Жовер приводит результаты подробного исследования по этой теме, тщательно скрываемой от посторонних глаз. Бывший министр государственной службы Анник Жирарден, на слова которой ссылается автор, утверждает, что она имела возможность ознакомиться с зарплатными ведомостями, но не смогла сохранить их копии. Журналисту удалось раздобыть конфиденциальную записку ведомства государственных счетов (так называемую «REM 150»), датированную октябрём 2016 года. Из неё следует, что в одном только министерстве экономики и финансов работает 150 высших чиновников, чья зарплата составляет более 150 000 евро «чистыми». «Пожалуй, им-то повышение не требуется», – усмехается Оливье Марлей. Однако в рамках массового перехода на договорные отношения, предусмотренного новым законом, соратники Макрона хотят ввести для чиновников порядок начисления заработной платы, «аналогичный» тому, который действует для сотрудников частных юридических контор. Например, объясняет Марлей, член Государственного Совета может устроиться на работу в крупную адвокатскую контору и заключить договор о сотрудничестве с тем или иным органом власти на внештатной основе... за половинную зарплату!» Переход чиновников на работу в частные структуры, который раньше был единичным явлением, сегодня стал повседневной реальностью для 45 % сотрудников Счётной палаты, 75 % финансовых инспекторов и т. д. Таким образом, те, кого принято называть «слугами государства», пользуются бюджетными деньгами, чтобы продавать, и очень дорого, свой статус частным компаниям. Пока Макрон находится у власти, не придётся рассчитывать на «разделение политики и денег».

Добавить комментарий


Обновить Защитный код