[TITLE]
  • Главная
  • О нас
  • l'Humanité
  • Новости
  • Статьи
  • Контакты
  • Что такое фашизм?
  • Главная страница 2017 » Ноябрь » 23
    «Россия – одна из тех редких держав, которые способны вести диалог со всеми странами Ближнего Востока»
    Вадим Каменка
    Политика и общество

    Вадим Каменка

    Игорь Деланоэ, заместитель директора франко-русского аналитического центра «Обсерво» (Москва), специалист по российской геополитике, комментируя ситуацию, сложившуюся на Ближнем Востоке, отмечает, что Кремль вернул себе роль центрального игрока в происходящих там событиях.  И это накануне новой встречи ООН по Сирии, которая должна состояться 28 ноября в Женеве.

    -  Сегодня, во время проведения двух саммитов, посвящённых Сирии, Россия представляется одной из основных посреднических сил между Саудовской Аравией, Ираном, Турцией, Израилем... Почему?

    - Игорь Деланоэ: Россия поддерживает конструктивные отношения со всеми игроками в регионе. В последнее время на передовые позиции всё чаще выходят связи с Саудовской Аравией, что подтвердил визит короля Салмана в Москву в октябре. Несмотря на то, что пресса преувеличила значение этого события, оно всё же стало кульминационным пунктом в отношениях двух стран. Отчасти это объясняется разочарованием Саудовской Аравии в политике, которую проводит США на Ближнем Востоке. Отказ администрации Обамы от своих союзников, таких, например, как Хосни Мубарак (бывший президент Египта – прим. ред.), был плохо воспринят странами Персидского залива. Эр-Рияд принял решение внести разнообразие в ряды своих иностранных партнёров, в их числе оказалась Россия. После вмешательства России в происходящее в Сирии, Москва приняла у себя многих глав государств Ближнего Востока. Последовательность позиции с момента начала конфликта создало России репутацию заслуживающего доверия партнёра (с дипломатической и военной точек зрения), со всеми вытекающими из этого возможностями. Отныне Россия представляется одной из тех редких держав, способных вести диалог со всем регионом, включая Хезболлу, Хамас и курдов. То есть с теми действующими лицами конфликта, отношения с которыми являются проблемой для ряда стран. Это облегчает для России возможность ведения переговоров.

    - Чего можно ожидать от саммитов по Сирии и от нового цикла переговоров в Женеве 28 ноября?

    - ИД: Политическое решение сирийского кризиса пока ещё не готово к тому, чтобы дать результаты. Различные механизмы, определённые в рамках встречи в Астане (переговоры в течение года между участниками конфликта – прим. ред. газеты), например, зоны деэскалации конфликта, являются тактическими мерами для того, чтобы снизить интенсивность боёв и позволить возникнуть благоприятному для диалога климату. Такие механизмы являются временными. Кстати, официальные российские лица считают, что процесс внутри конфликта достиг своей зрелости, и сегодня необходимо настаивать на переговорах, особенно в Женеве. Эти предложения поддержал и российский министр обороны Сергей Шойгу, который подтвердил, что русская военная операция подходит к концу и наступает время дипломатии. Российские инициативы, представленные Владимиром Путиным, в том числе и предложение организовать нечто вроде учредительный сирийской Ассамблеи, были плохо восприняты частью сирийской оппозиции и Турцией. Что же касается саудитов, то они пытаются объединить различные платформы оппозиции, чтобы создать единый блок на женевской площадке. Единая делегация позволила бы привести к более плодотворным переговорам. Поддерживаемый Россией, этот процесс кажется чрезвычайно сложным ввиду разногласий среди его участников.

    -  Как скоро Россия выведет свои войска и военную технику?

    - ИД: Ей удалось избежать «увязания в военной трясине», о чём больше всех кричал Барак Обама в начале российской операции. Была проявлена воля ограничить человеческую и экономическую цену вмешательства. Вывод контингента российских войск не станет односторонним и тотальным. Оба правительства, российское и сирийское, подписали соглашения об обороне, позволяющие осуществлять поддержку авиабаз в Хмеймим и Тартусе на протяжении 49 лет. Что касается Идлиба, то здесь существует определённая напряжённость между турками и русскими.

    -  Как российское руководство интерпретирует события в Ливане?

    - ИД: Существует реальная обеспокоенность по поводу сближения между саудитами и израильтянами в отношении Хезболлы. Москва пристально следит за нервной реакцией Израиля, вызванной нарастающим присутствием Ирана в Сирии и той лёгкостью, с которой «Хезболла» закрепляется на юге страны. Многочисленные бомбардировки территории Сирии израильской стороной вовсе не являются безобидными, хотя Иерусалим ни разу в них не признался. Визит Шойгу в Израиль в прошлом месяце вызвал бурные обсуждения. Следовательно, будет совсем не удивительно, если израильское правительство начнёт военную операцию, чтобы попробовать обеспечить себе на юге Сирии буферную зону, свободную от любого присутствия Хезболлы, Ирана и шиитской милиции. Сближение с саудовцами заставляет опасаться подобного сценария. В сентябре израильтяне провели впечатляющие военные учения. Такие сигналы не могут не вызывать тревогу.

    Категория: Политика и общество | | Теги: внешняя политика России на Ближнем , Игорь Деланоэ
    Всего комментариев: 0
  • Главная страница
  • Соц. сети: