Ястребы Вашингтона хотят интервенции в Каракас.

by Главный редактор

Пьер Барбансэ Ставленник США Хуан Гуайдо безуспешно пытался привлечь на свою сторону армию в ходе…

Япония-Корея. Поле битвы – историческая память.

by Super User

Лина Санкари Разногласия по поводу сложных страниц истории привели к тому, что Сеул и Токио…

Ян Бросса: «Европа не должна портить людям жизнь»

by Super User

Сегодня, когда до голосования остаётся всего два месяца, лидер предвыборного списка коммунистов прилагает немало усилий…

Я решил, что лучше умереть за мир

by Super User

Уставшие от десятилетий войны, жители Афганистана хотят вести нормальную жизнь. Талибы отказываются продлевать перемирие.

Южная Корея. Давно забытые призраки мятежного острова

by Super User

Правительство Мун Чжэ Ина разрабатывает проект по эксгумации тел жертв резни, произошедшей во время коммунистического…

«ПОДАЛЬШЕ ОТ ВЛАСТИ И В ЛИТЕРАТУРЕ, И В ПОЛИТИКЕ»

Россия в этом году стала почётным гостем парижского Салона книги. В русской художественной литературе воцарились новые веяния, пришедшие вместе с другим, (политически) ангажированным поколением авторов. Один из них – Сергей Шаргунов. Его последний роман «1993-й», опубликованный во Франции в мае 2017 года, посвящён кровавым событиям того времени[1]. Автор романа, 38-летний писатель и журналист, является депутатом Государственной Думы от КПРФ.

«Юманите Диманш»: Вы родились в 1980 году. Ваш последний роман вышел в России в 2013 году, четыре года спустя (2017 г.) он был опубликован во Франции. Роман посвящён событиям 1993 года. В то время вы были ещё подростком. Что могло побудить писателя, которым вы стали, вернуться к той эпохе?

Сергей Шаргунов: 1993 год – поворотный в недавней истории России. Мне было всего 13 лет, но, несмотря на возраст, я взбирался на баррикады. Воображал себя Гаврошем, участником революции. События октября 1993 года врезались в память. Как такое забыть! Армия стреляла по парламенту. Несогласных потопили в крови. На место столкновений прибыли снайперы и элитные части армии. Одних манифестантов ранили или убили, других – посадили в тюрьму. Ельцин хотел ввести жёсткий режим, чтобы проводить свою либеральную политику и дальше. Надо признать, что здесь не обошлось без поддержки Европы и США. Чёрный день для российской демократии настал.

ЮД.: Эта тема интересна вам как политику и журналисту. А в чём тут может быть интерес для писателя?

СШ.: Травма от этих событий останется во мне навсегда. Учась на факультете журналистики, я снова увлёкся этой темой и открыл для себя другую реальность – реальность, которая противоречит официальным фактам. Участвовал в двух расследованиях, встречался с семьями пострадавших. Мне было важно рассказать об этих событиях, отдать дань памяти погибшим. Литература позволяет это сделать. В коротких рассказах мне хотелось передать моменты жизни, ломающие судьбы простых бедных людей. Артист, отец, муж, жена – у каждого своя история. Трагедия состоит в том, что все эти обычные люди оказались по разные стороны баррикад. Надо было объединиться под одним флагом! Роман «1993» год – это история переворота и глубокого раскола в стране.

ЮД.: Ваше творчество носит печать истории. Ваш предыдущий роман «Книга без фотографии», написанный в форме дневника, также посвящён историческим событиям, происходившим в смутное время…

СШ.: История вокруг нас. От неё не уйдешь. Воспоминания – дорогая для меня тема. Чтобы понять, надо вспомнить. Мне кажется, я сам был в центре событий (смеётся). У каждого из нас есть роль. Я хочу исполнить свою как следует. Благодаря выдуманным персонажам можно увидеть исторические события в ином ракурсе, почувствовать дух времени. Реальные фигуры меня интересуют не меньше. Моя последняя книга посвящена Валентину Катаеву (на французский язык ещё не переведена – прим ред.), писателю и поэту, пережившему революцию 1917 года, Первую мировую, а затем и Великую Отечественную войну (Вторая мировая война – прим. ред.).

ЮД.: Русская литература нередко облачается в трагедию…

СШ.: Жизнь трагична. А литература – это жизнь. Настоящая литература задаётся важными вопросами, от которых не убежать. И не важно, в какой ты стране, основные вопросы везде одинаковы. Суть не в том, чтобы дать ответ, а в том, чтобы поставить вопрос. Счастливые мгновения всё-таки случаются иногда… Главное - не впадать в уныние. Постараюсь сделать так, чтобы в моих будущих романах было больше солнечного света. Быть может, русская литература станет от этого менее трагической.

ЮД.: Вашу страну пригласили на Салон книги в Париже. Это возможность по-новому представить русскую литературу. Как вы оцениваете ваше поколение?

СШ.: Я могу говорить только за себя. Да, есть новая волна и блестящие авторы. Западные СМИ создали о нашей стране образ, который, видимо, не располагает к изучению новой российской литературы. Лично мне жаловаться не приходится: мои произведения переводят за границей, некоторые из них были удостоены премий. Критичность – это черта, которой я стараюсь не изменять. Держусь от власти подальше и в литературе, и в политике. Я не расхваливаю Запад, я пытаюсь бороться с олигархической системой в России, выступая на стороне бедных, тех, кого оставили на произвол судьбы. В 2016 году меня выбрали депутатом Думы. С тех пор я занимаюсь проблемами школ и больниц. Не отступаю ни на шаг, раз в неделю пишу отчёт.

 

 

 

 

Сергей Шаргунов

 

 

 

 

 

[1] В 1993 году Президент Российской Федерации Борис Николаевич Ельцин незаконно распустил Съезд народных депутатов. Парламент выразил протест и объявил о лишении Ельцина президентских полномочий. Это привело к столкновениям на улицах Москвы, многочисленным жертвам и усмирению парламента с помощью армии.

Добавить комментарий


Обновить Защитный код