Захват земель: между монополией и колонизацией

Мишель Юссон

(прим. на иллюстрации справа вверху отмечены крупнейшие страны-покупатели земли в других государствах, справа внизу - страны-продавцы)

Покупка земель иностранными инвесторами – одна из новых форм глобализации. Это явление приобрело особый размах после бума цен на сельскохозяйственную продукцию в 2007-2008 гг. Мы говорим о захвате земель. На английском языке это звучит как «land grabbing», термин более жёсткий, подразумевающий идею грабежа, захвата.

Сделки проходят под покровом тайны, следовательно, сложно оценить истинные масштабы этого явления. Два доступных источника – база данных Land Matrix, составленная Международной земельной коалицией и база данных неправительственной организации GRAIN – сходятся в том, что речь идёт о площади от 30 до 37 миллионов гектаров (или порядка 300 000 и 370 000 кв. км.).

Непрозрачное переплетение инвестиций.

Данные Land Matrix говорят о практически повсеместном характере этого явления. Почти все страны, за исключением стран Северной Америки и Западной Европы, втянуты в этот процесс в качестве «реципиента». Но, и априори это интуитивно кажется менее очевидным, происходящее касается и стран-«эмитентов». Это значит, что существуют перекрестные инвестиции внутри одного и того же региона планеты, особенно это касается Африки. Карта показывает географическое распределение сделок.

Список основных стран-инвесторов возглавляют США, с учтёнными 8,2 млн. гектаров. Китай занимает лишь четвёртое место (после Малайзии и Сингапура). В группу стран–«приемников» входят все страны юга, особенно Демократическая Республика Конго, Бразилия и Индонезия. К ним надо добавить Украину и Россию.

Вопреки распространённому мнению, США присутствуют в Африке гораздо шире, чем Китай (3,7 и 2,5 млн. гектаров соответственно). Однако эти данные не учитывают ни перекрещивание инвестиций, ни их специализацию. Что, без сомнения, объясняет, например, тот факт, что Бразилия продала 2,4 миллиона гектаров своих земель иностранным инвесторам, но при этом владеет 3 млн. гектаров в других странах.

Опасность для продовольственной независимости.

Некоторые соглашения предусматривают инвестиции в инфраструктуру, которые могут дать позитивный эффект. Но в большинстве случаев, как подчёркивает Международная земельная коалиция, «доминирующая модель приобретения земель в большом масштабе поставила под угрозу права и средства к существованию сельских общин». Всё указывает на то, «что речь идёт о захвате земель». В странах, где не существует чёткого законодательства в сфере прав собственности и где местные власти имеют прямой интерес в том, чтобы заключить сделку с транснациональными корпорациями, скупка земель часто приводит к выселениям. В 2016 году международная коалиция НПО опубликовала доклад на тему «Общественные земли: обеспечить безопасность земельным правам и защитить планету». В нём говорится о том, что «коренное население и местные общины защищают половину земель земного шара, но формально владеют только 10 %». Следовательно, 2,5 млрд. человек «грозит голод и нищета, если их земельные права не будут защищены». Кампания «Land Rights Now» призывает к тому, чтобы площадь принадлежащих общинам земель удвоилась к 2020 году. Отчуждение имущества у крестьянских сельских хозяйств в пользу агробизнеса лишает крестьян их ресурсов. Если некоторые из них находят низкооплачиваемую сельскохозяйственную работу, то большая часть пополняет ряды безземельных крестьян, которые ведут жалкое существование в окрестностях больших городов или пытаются эмигрировать. И поскольку часть земель используется в производстве биотоплива или пальмового масла, под угрозу поставлена продовольственная безопасность. Не говоря уже о побочных эффектах доступа к воде, перераспределенной в пользу таких культур, как сахарный тростник, и влияния на окружающую среду.

Единственный позитивный момент заключается в том, что общественные движения и проводимые в их поддержку кампании несколько затормозили развитие этого явления и способствовали вынесению этой проблемы в общественное пространство. Этот вопрос касается даже такой страны, как Франция. Закон против захвата сельскохозяйственных угодий был частично отклонен Конституционным советом под предлогом того, что он «наносит непропорциональный ущерб праву собственности и свободе предпринимательства.» Хороший вывод!

Для чего покупать земли?

Сельское хозяйство стало выгодным вложением средств, которым не пренебрегают транснациональные корпорации и даже некоторые крупные пенсионные фонды. Приобретённые земли позволяют расширять масштабы производства непродовольственных культур. В связи с этим возникает вопрос, предназначена ли продукция купленных земель для перепродажи на мировом рынке или на рынке страны-инвестора. Именно этим вопросом задались авторы недавнего исследования МВФ. Они показали, что покупка земель выявляет скорее «инвестицию, направленную на достижение продовольственной независимости, а не платформу для извлечения прибылей». Но этот вывод ничего не меняет в том факте, что в большинстве случаев речь идёт о расхищении земель, кстати, зачастую финансируемых Всемирным банком.

Добавить комментарий


Обновить Защитный код