Алжир - заложник нефтяной зависимости и либеральной экономики.

Роза Мусауи

Экономика этой страны Большого Магриба очень сильно зависит от ситуации на рынке углеводородов. Алжир до сих пор не может оправиться от шока, вызванного падением цен в 2014 году. Социальная напряжённость и экономическая нестабильность – вот главные причины недовольства системой.

Репортаж нашего специального корреспондента.

Сегодня кажется, что это было очень давно: то время, когда руководители предприятий, издатели экономических газет и журналов и приближённые к власти лица, выступая на различных собраниях и презентациях, с гордым видом рассуждали о «подъёме» Алжира... Баррель нефти стоил тогда 100 долларов. Это было время крупных проектов, столь же затратных, сколь и сомнительных. Время, когда нескромные капиталы наживались слишком быстро. Резкое падение цен на углеводороды, случившееся пять лет тому назад, развеяло многие иллюзии и вынесло наружу обман, царивший в экономике, которым были отмечены годы правления Бутефлика. Во вторник исполняющий обязанности президента Алжира Абделькадер Бенсалах открыл в столице страны (город Алжир) 52-ю Международную промышленную выставку. Церемония прошла без лишней огласки, в довольно унылой атмосфере. В 2019 году только пятнадцать стран откликнулись на приглашение Алжира принять участие в выставке, что свидетельствует о нестабильности экономики страны. В нескольких километрах от столицы Алжира, находится тюрьма Эль-Харраш, куда были направлены местные олигархи. Али Хаддад, братья Кунинеф, Исад Ребраб и другие крупные бизнесмены сидят в камерах предварительного заключения, соседствуя с двумя бывшими премьер-министрами – Ахмедом Уяхья и Абдельмалеком Селлалем. В общей сложности в центре расследования коррупционных дел оказались около шестидесяти компаний. Это хорошо, только тысячи людей могут очутиться на улице, если власти страны не сделают всё возможное для сохранения рабочих мест. Выступая в среду в Бешаре с речью о необходимости скорейшего проведения президентских выборов, начальник генерального штаба Ахмед Гаид Салах высоко оценил инициированную им же и эффективно реализованную операцию «Чистые руки», назвав коррупцию причиной экономических неурядиц в Алжире. Однако его слова не совсем соответствуют действительности. Экономика страны находится в глубоком кризисе, и коррупция – это всего лишь одно из его проявлений. Алжир, 95 % экспортной выручки которого (60 % государственного бюджета) составляет доход от продажи нефти и газа, так и не оправился от резкого падения цен, случившегося в 2014 году.

Экономика, которая сорок лет базировалась на сырьевой ренте, и недобрые ветры либерализации завели страну в тупик. «Эпоха Бутефлика стала периодом ускоренной либерализации, начало которой было положено ещё в 1980-х годах. Она сопровождалась развалом госсектора, пересмотром регулирующей роли государства в экономике и анархической открытостью во внешней торговле», – рассуждает писатель, активист левого движения Хосин Белалуфи, автор книги «Демократия в Алжире» («Democratie en Algerie»). Реформа или революция? Процветание страны за счёт экспорта нефти в течение первых трёх сроков правления Абдель Азиза Бутефлика давало возможности перестроить экономику таким образом, чтобы избежать тотальной зависимости от углеводородов. Однако в конечном счёте правление Бутефлика стало ассоциироваться только с неразберихой и бесхозяйственностью. Свергнутый президент и его окружение охотно хвастались тем, что со времён знаменательного 2000 года они вложили около 1 000 миллиардов долларов в реализацию колоссальной программы государственных инвестиций. Тень коррупции по-прежнему стоит за этими мега-проектами, общественная полезность которых также вызывает сомнения. «Речь идёт об инвестициях главным образом в крупные объекты инфраструктуры (дороги, порты, аэропорты) - неотъемлемые компоненты либеральной экономики, которые нужны для доставки импортных товаров во все регионы страны. Здесь не прослеживается целостное видение ситуации, нет никакого проекта экономического развития», – продолжает Хосин Белалуфи. В такой экономике, обращённой вовне, промышленное производство обеспечивает менее 5 % от ВВП. За это время были распроданы по дешёвке крупнейшие предприятия, такие как Эль-Хаджарский металлургический завод в Аннабе, который много раз переходил из рук в руки, пока его не купили богатые выходцы из Эмиратов. Расположенный в этом же регионе комбинат по производству удобрений «Asmidal» перешёл под контроль испанского холдинга «Grupo Villar Mir», партнёра неких алжирских инвесторов.Хищническая распродажа не обошла стороной и предприятия по добыче углеводородов, о чём свидетельствует история с американской нефтяной компанией «Anadarko»: «Total» хочет заполучить её алжирские активы, чтобы разрабатывать месторождения в бассейне Беркин. Либеральная политика обернулась катастрофой и в социальном аспекте. Бедственное положение государственных учреждений здравоохранения и образования стало стимулом для создания высокодоходного рынка частных клиник и школ… Что же касается политики жёсткой экономии, проводимой последние два года, то она лишь накалила страсти, которые каждую пятницу выплёскиваются на улицы. Например, Мохаммед Дамани уроженец бедного квартала Белькура, студент 20 лет, с 22 февраля не пропустил ни одной протестной акции. Он вместе с семьёй был вынужден переехать в один из тех безликих пригородов, напоминающих тюрьмы под открытым небом, которые в последние годы растут на далёкой периферии алжирской столицы как грибы. «Мы взбунтовались, потому что с нами обращались как с дикарями. Слишком долго мы пасовали перед презрением и произволом со стороны властей. Но в бедных кварталах гнев никогда не утихал. Он и сейчас не погас, а просто затаился», – утверждает Мохаммед.

Особенно больно ударил экономический кризис по молодёжи. Среди тех, кому сейчас от 16 до 24 лет, доля безработных, по официальным данным, приближается к 30 %. Будущее целого поколения покрыто туманом. А пока молодые люди или трудятся за гроши без оформления своей занятости, или мечтают уехать из страны. Валид Джемай «кое-что мастерит» и «кое-как выживает», работая в текстильном цехе в Буйре (пригород алжирской столицы). Он - выходец из крестьянской семьи и его не покидают «ощущение безвыходности и разочарование». «Только самые обеспеченные люди могут позволить себе отдых, культурный досуг, личную жизнь. Молодёжь из небогатых слоёв всего этого лишена, а пропасть между богатыми и бедными только углубляется», – с огорчением говорит он. Строительство демократии в Алжире немыслимо без выхода страны из экономического тупика.