Макрон готов пересмотреть продолжительность рабочего времени.

Себастьен Крепель

Ожидается, что среди выводов, которые глава государства озвучит после окончательного подведения итогов «больших дебатов», прозвучит предложение «работать больше», чтобы лучше обеспечивать тех, кто работать не в состоянии. Что же представляет собой этот несправедливый и опасный проект идеологического характера?

Развернувшаяся в последнее время полемика вокруг вопроса о продолжительности рабочего времени далеко не так безобидна, как может показаться на первый взгляд. Похоже, что в четверг, на пресс-конференции, посвящённой итогам «общенациональных дебатов», президент Республики озвучит идею, над разработкой которой так старательно трудились многие министры: заставить французов «работать побольше». До сих пор неизвестно, к какому решению пришёл Макрон, но он уже употребил это словосочетание в обращении к нации, которое должно было прозвучать 15 апреля, но было отменено из-за пожара в соборе Нотр-Дам де Пари. Заявление главы государства должно стать итогом длительных дебатов, которые на протяжении пяти недель шли вокруг вопроса о возврате к проекту увеличения рабочего времени, оправданному заботой общества о более щедром обеспечении его нетрудоспособных членов.

Вот уже несколько дней журналисты строят предположения о том, какой из трёх возможных вариантов выберет президент: решит ли он повысить пенсионный возраст, учредит ли ежегодный дополнительный неоплачиваемый рабочий день или отменит норму о 35-часовой рабочей неделе. Ясно одно, какой бы путь ни предпочёл глава государства, ему придётся считаться с одним бесспорным фактом - предложение «работать побольше» воспринимается обществом крайне негативно. По данным опроса, проведённого компанией Ifop по заказу издания «Journal du dimanche», против этой идеи высказались 54 % французов.

Первый повод для недовольства дал премьер-министр Франции. Выступая 15 марта на телеканале «Europe 1», он назвал вполне закономерной «постановку вопроса» о том, чтобы «работать побольше и таким образом полностью обеспечивать нетрудоспособных граждан». Вскоре эту мысль продолжили другие члены кабинета министров, предложив дополнительные доводы в её защиту. Они, в частности, отметили необходимость поддержать жизнеспособность пенсионной системы. «При уменьшении численности экономически активного населения мы не сможем по-прежнему справляться с задачей по обеспечению пенсиями, которые будут только увеличиваться как в количественном отношении, так и в плане продолжительности этих выплат. (…) Рано или поздно мы будем вынуждены работать больше, в противном случае наша пенсионная система не выдержит», – заявила 17 марта министр солидарности и здравоохранения Аньес Бюзен, раскритиковав обещания, которые дал верховный комиссар по делам пенсионной реформы Жан-Поль Делевуа на встречах с представителями профсоюзов.

Неудивительно, что подлинные намерения Елисейского дворца и правительства вызывают много сомнений, тем более, что кабинет министров и глава государства только добавили масла в огонь, сообщив, что в связи с проводимыми общенациональными дебатами не отвергают ни один из вариантов.. Эти сомнения тем более очевидны, что, по общему мнению, нет никаких экономических предпосылок к тому, чтобы увеличивать продолжительность рабочего времени. Можно соглашаться или не соглашаться с этими предложениями. Например, Доминик Либо, сообщивший о необходимости решать вопрос с финансовой поддержкой пожилых людей, полагает, что это неправильный путь. По его мнению, те 9,2 миллиардов евро, которые будут требоваться для обеспечения нетрудоспособных граждан ежегодно вплоть до 2030 года, можно получить иными способами: во-первых, за счёт «перераспределения» социальных расходов; во-вторых, при помощи введения в 2024 году налога, который заменит собой взнос для погашения социального долга; в-третьих, благодаря использованию ещё до этого срока средств, имеющихся в Резервном пенсионном фонде (в конце 2018 года их сумма составляла 32,6 миллиардов евро).

Говоря о самой пенсионной системе, Жан-Поль Делевуа неоднократно повторял: «Прежде всего, реформа преследует не финансовую цель». «Согласно расчётам Совета по распределению пенсий (COR), расходы на пенсионные выплаты останутся на прежнем уровне или будут уменьшаться в период с 2017 года (13,8 % от ВВП) по 2060 год (от 11,5 % до 14 % от ВВП, по некоторым прогнозам), и, начиная с 2040 года, нынешняя система даже будет иметь излишки в том случае, если ежегодный прирост составит 1,5 %. А это не такая уж недостижимая цель», – отмечает Эрик Ле Бур, сотрудник Национального центра научных исследований университета г. Тулуза. По его мнению, это будет происходить «за счёт будущего снижения пенсий относительно размера зарплат, что станет результатом проведённых ранее пенсионных реформ». Этот эксперт по старению населения считает, что в своих заявлениях министры руководствуются одной-единственной целью: «Сделать предметом обсуждения повышение минимального пенсионного возраста».

Случайно ли такое совпадение? Накануне выступления Эммануэля Макрона Жан-Поль Делевуа подтвердил то, что до сих пор только опровергал, то есть идею о пенсионных «вычетах» и «надбавках», зависящих от возраста выхода на пенсию, заявив на страницах газеты «Est republicain», что «для уравновешенного функционирования системы будет лучше, если вы выйдете на пенсию в 63 или в 64 года».

Идея о том, чтобы заставить «побольше трудиться» тех, кто уже работает, не только не имеет экономических обоснований, но и таит в себе ряд угроз социального характера, представляя опасность в первую очередь для безработных, а их в Центре занятости зарегистрировано 5,9 миллионов (в категориях А, В и С вместе взятых). «В то время как в Германии растёт интерес к соглашениям о сокращении рабочего времени, во Франции вновь начались разговоры о пересмотре 35-часовой рабочей недели, что позволило бы работодателям увеличить рабочее время с наименьшими потерями», – комментирует экономист Анн Эйду. А между тем эффективность такой политики не доказана, скорее наоборот. «Подсчёты показывают, что введение 35-часовой рабочей недели способствовало созданию новых рабочих мест. Благодаря этому за период с 1997 по 2002 годы удалось создать или сохранить 350 000 рабочих мест. Отмена этой нормы даст противоположный эффект: работодатели станут больше нагружать имеющихся сотрудников вместо того, чтобы нанимать новых», – отмечает эксперт. «Нет никакой необходимости в том, чтобы удлинять рабочее время. Ведь пять миллионов безработных – это пять миллионов человек, которые хотят только одного: трудиться на условиях полного рабочего дня, – говорит коллега Анн Эйду Анри Стердиньяк, который тоже является членом ассоциации «Приземлённые экономисты». – Если бы доля безработных во Франции составляла 5 % (сегодня эта цифра составляет 9 % – прим. ред.), то ВВП был бы на 5 % выше». Что касается призыва позже выходить на пенсию, то Анн Эйду предупреждает о возможном пагубном влиянии этой меры на занятость пожилых людей, которая во Франции и без того невелика (среди тех, кому 55-64 года, работают 52 %, а из тех, кому 50-54 года, трудоустроены 80,6 %). «Если человек выходит на пенсию позже, это не означает, что он дольше работает на подходящей ему должности. Есть немало случаев, когда последние годы экономически активной жизни даются людям очень нелегко, а то и вовсе оборачиваются длительным периодом безработицы. Реформирование системы без предварительного обеспечения достаточных гарантий для достойного завершения трудовой деятельности сравнимо с попыткой поставить телегу впереди лошади», – подытоживает эксперт.

В условиях, когда в стране продолжаются выступления «жёлтых жилетов», Эммануэль Макрон должен в первую очередь убедить людей в справедливости предлагаемых решений. А это, похоже, будет нелегко сделать. Первая проблема заключается в том, что, наряду с намерением заставить французов трудиться побольше, власти делают ряд поблажек работодателям, не требуя ничего взамен. Например, снижают на 6 пунктов размер социальных отчислений, введённых вместо Кредита на повышение конкурентоспособности предприятий (Cice). Таким образом, около 20 миллиардов евро будут сэкономлены за этот год за счёт налогового вычета, что не лучшим образом отразится на государственной казне. Всего же будет недополучено около 40 миллиардов евро, а это почти в четыре раза больше, чем та сумма, которая, по прогнозам, может быть получена за двенадцать месяцев благодаря повышению пенсионного возраста на один год... Эти расходы станут лишь добавлением к общей картине последствий данной меры, которая, с точки зрения занятости, имеет почти нулевой эффект в сопоставлении с затраченными суммами (за период с 2013 по 2015 годы было создано или сохранено 108 000 рабочих мест). «За период с 2013 по 2017 годы выгода предприятий за счёт экономии на налоге на прибыль составила около 85 миллиардов евро. 85 миллиардов – это сумма, которую более чем за год расходуют все государственные образовательные учреждения вместе взятые, включая вузы и научно-исследовательские центры», – отмечается в коммунистическом издании «Экономика и политика» (выпуск за ноябрь-декабрь 2018 года).

Можно также привести сравнение с суммой почти в 4,5 миллиардов евро, фактически подаренной в 2018 году самым богатым людям страны за счёт снижения налогов на имущество и крупный капитал. Всего лишь половина этих сумм была бы сопоставима с выручкой за один праздничный день, отработанный бесплатно ради поддержки пожилых людей.